Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Мегаполис стр. 4
Общество стр. 5
Глядя из Харькова стр. 6
Объектив-TV стр. 7,8,9,10,11,12,13
Экономика стр. 14
Культурный разговор стр. 15
Спорт стр. 16
Братья и сестры стр. 17
Афиша стр. 18
MediaPost on-line
Собака: друг или враг
Мир в объективе Степна Гризодубова
Чертова дюжина украинской независимости
глядя из харькова Стр. 6

Чертова дюжина украинской независимости

Геннадий Сысоев

От редакции: Это не статья — это только анонс. К сожалению, она слишком велика даже для двух-трех номеров газеты. Статью без сокращений можно прочитать на сайте Медиа-группы «Объектив»

Геннадий Сысоев

журналист

В 1991 году Украина стала самостоятельным государством. С тех пор прошло тринадцать лет.

Тринадцатилетие — дата особенная. Для подростка это трудный возраст. Вообще 13 — несчастливое число. Но, оставив суеверия, спросим: для наших людей эта дата как, счастливая или нет?

Опасаюсь, что, задай я этот вопрос в любом собрании граждан Украины — не дослушают, станут кричать, что все плохо и хуже не бывает. Но это не наш метод. Мы постараемся разобраться спокойно.

Собственно, этим я и занимался все 13 лет. Впрочем, нет, не все. Теперь я понимаю, что первые лет десять я не задумывался, только повторял. И конечно, верил в то, что демократизация и либерализация приведет нас к свободе и процветанию.

На референдуме о сохранении СССР, так называемом горбачевском, я сказал «да» Союзу равноправных, суверенных республик. На референдуме о независимости Украины я тоже сказал «да» свободному, суверенному государству, которое будет строить свои отношения, в том числе и с республиками СССР, на основе равноправия и взаимной выгоды. Оба раза я голосовал с большинством.

Черчилль говорил, можно долго обманывать небольшую часть общества или короткое время — большинство народа. Сроки он не уточнял. Но сейчас я думаю, что десять лет, плюс-минус — это как раз и есть «краткое время», на которое можно обмануть такое, как я, большинство.

Будучи журналистом, я в работе постоянно имел дело с какими-то цифрами. То-то и то-то увеличилось, а другое усохло... И вот в последние годы меня стало сильно удивлять, что сравнивают наши статисты в основном с предыдущим годом. Такая «статистика» пониманию вещей, ясное дело, не способствует, а только запутывает.

В иных случаях появлялся такой эвфемизм — «за последние годы». С ходу и не поймешь, какие такие «последние». А на самом деле в большинстве подобных сопоставлений имелись в виду именно годы Независимости. Но так прямо оперирующий статистикой чиновник сказать не может, потому что после слов «за годы Независимости...» придется продолжить — «катастрофически упало». В чиновничьих устах — не звучит, неверный тон.

Но мы-то можем сопоставить. Последние пару лет я немножко занялся этим. Теме, конечно, очень далеко до завершения, многих данных еще нет, а они нужны. Но не все сразу.

Мысль записать все это выросла, как травка, сама по себе. Мой друг, живущий сейчас в Америке, попросил меня писать ему, что происходит и как живется в Украине. И я подумал: а для кого ж еще я собираю все эти цифры и факты?

Эти письма к другу послужили в значительной мере основой нижеследующих заметок. Потому читатель найдет в них несколько непривычное к себе обращение.

Прошедшие годы превратили меня из пессимиста, считавшего, что хуже (чем было у нас до 1991 года) — не бывает, в оптимиста, на основе многих наблюдений убедившегося — бывает, да еще как бывает.

А в общем, время — это сплошной обман зрения. Человек, посадивший в комнатный глиняный горшочек неизвестное семечко и ежедневно на него смотрящий, роста не замечает. Только вдруг в один прекрасный день замечает: какая прелесть! Или — во, какой уродец вымахал...

Поэтому я предлагаю такой метод для оценки тринадцатилетия нашей Независимости: мы отрешаемся от текущего процесса, ото всех «объективных трудностей» и «естественных закономерностей». Берем только начало процесса — и состояние на данный момент. И сравниваем. А уже ПОТОМ пытаемся понять, что же произошло.

***

И вот стал я сравнивать, по разным параметрам — и очень удивился. То есть я, конечно, предполагал, что картина нарисуется плохая, но чтобы НАСТОЛЬКО... Среднее потребление мяса уменьшилось вдвое... Строительство жилья (любого, любыми застройщиками) — всемеро... Число беспризорных детей увеличилось в восемь раз... И получилось у меня к тринадцатилетию — тринадцать минусов.

Минус первый.

Путь вниз

Начнем мы, конечно, с общего. У каждого человека свои критерии благополучия и процветания. Проститутка может сказать, что нет страны лучше Венгрии, представитель сексуальных меньшинств отдаст предпочтение Дании или Голландии, полицейский или судья — США или Великобритании, ну а коммунист — наверное, Китаю. Чтобы не утонуть в океане субъективных оценок, человечество придумало несколько, точнее, восемь основных критериев, которыми меряется развитие общества и страны. Ими мы и воспользуемся.

(См. ТАБЛИЦУ)

Приведенные цифры каждый может оценить сам. Я скажу покороче. Если до Независимости по большинству параметров мы были ближе к США, то теперь — к Китаю. А скоро и за ним, опасаюсь, не угонимся. У Китая стабильный рост, у нас...

За тринадцать лет в Украине упали:

душевой доход, продолжительность жизни, потребление белков и калорий, рождаемость.

Выросли:

смертность, в т.ч. и младенческая, и уровень неграмотности.

Минус второй.

Слишком быстро вымираем

Сразу по обретении Независимости на украинском телевидении появился слоган: «Нас 52 миллиона!». Подразумевалось, видимо, что уж мы-то, которых аж столько, мы их всех... то-сё. Слава Богу, вовремя спохватились, а то слоган стал бы напоминать обратный отсчет-скороговорку: нас 52... нет, уже 51... 50... 48 миллионов...

Как раз накануне 13-летия нашей Независимости Госкомитет статистики обнародовал последние данные: на 1 мая 2004 года население Украины составляло 47,51 млн. человек. В январе-апреле 2004 в Украине на каждые 1000 человек населения приходилось 8,9 рождений и 17,2 смертей. Чем дальше, тем убыль населения становится все большей. По началу «года тринадцатилетия» — 8,3 человек на тысячу, или 0,83 %. Легко посчитать, что такими темпами население Украины к середине века (2050) составит миллионов 30, а к концу столетия — двадцать миллионов...

Сегодня некоторые наши политики пытаются добиться международного признания голодомора геноцидом против украинского народа. Неужто им не приходит в голову, что люди могут сравнить с сегодняшними временами?

Я, конечно, понимаю, что сопоставлять умерших от голода при кровавых большевиках и недоживших до пенсионного возраста по причине плохо сбалансированного питания при демократической и стремящейся в Европу Украине — неполиткорректно, но на политкорректность, думаю, в данном случае мы наплюем.

Минус третий.

Крах украинского сала

К несомненно положительным результатам наших реформ неизменно относят наполнение прилавков. Судя по ним, продовольственная проблема в Украине давно решена. Продукты даже залеживаются, портятся и продаются по скидкам. Но в мировой практике определения уровня жизни пустота-полнота прилавков как-то не учитывается, вернее, никак не учитывается. Вообще. Реальное значение имеет только потребление хлеба насущного.

Какие же тут изменения? Посмотрим. Не на хлеб буквально — на мясо. Во-первых, потому, что я его люблю. Во-вторых, потому что хлеб прямо определял уровень жизни где-то в начале прошлого, двадцатого века, а сегодня высокий уровень потребления хлебопродуктов свидетельствует скорее о низком жизненном уровне. Сегодня этот уровень определяется мясом.

В 1991 СССР по уровню близок к США и Великобритании и далек от Коста-Рики. В 2001 Украина — наоборот.

А что касается изобилия в магазинах, то страшно, когда в таком изобилии старушка покупает кусочек колбасы в два пальца толщиной. Страшно не то, как жалобно она просит «отрезать потоньше», а то, что этого кусочка (на один нормальный бутерброд) ей должно хватить на неделю. И хватает. Пока не помрет.

Минус четвертый.

Вспоминаем болезни из прошлого

Одной из причин повышенной смертности и одним из первых следствий ухудшения питания большинства украинцев стала эпидемия туберкулеза. Медики датируют ее начало 1995-м годом.

В 1999-м году на учете в противотуберкулезных диспансерах Украины стояло 620 тысяч человек. Но на учете стоят явно не все. Ежегодно число туберкулезников в стране увеличивается на 20-25 тысяч человек. Каждый год таких вновь заболевших — примерно на 10 процентов больше, чем в предыдущем году.

И был бы только туберкулез... Катастрофически растут темпы заболеваний СПИДом, венерическими болезнями. В 2003 году в Харькове — втором по значению и населению украинском «центре цивилизации» — обнаружилось около двух тысяч больных педикулезом. Проще говоря, людей, у которых вши. Некоторые подъезжают лечиться на иномарках. И то — жить в больном обществе и «летать от всех болезней» как-то не получается.

Минус пятый.

Почему селяне не берут землю?

В первые годы Независимости я растратил уйму времени в пустых попытках сделать статью о «происхождении частной собственности» у нас. Хотелось мне написать портрет современного украинского селфмейдмена. Сегодня я с ласковой иронией вспоминаю свою тогдашнюю наивность. И тогдашние ласковые, отеческие улыбки селфмейдменов, готовых говорить о чем угодно, но не о том, что меня интересует.

Итак, вывод: и в аграрном секторе «вкусная» собственность, сулящая немедленные и достоверные барыши, «взята» быть не может, потому что уже распределена.

Минус шестой.

Крах промышленности

Я НЕ СЧИТАЮ, что прежняя советская экономика была эффективной, но если уж нынешняя ЕЩЕ ХУЖЕ, значит, советская была БОЛЕЕ ЭФФЕКТИВНА. Это не эмоции, не идеология, это чистая логика.

Минус седьмой.

Разруха бьет по голове

Сегодня старый собственник — государство — как бы самоустранился, активно внедряя в жизнь и сознание сограждан догму «государственное — значит, ничье». И, говорят мне, если кто-то (подразумевается — эффективный собственник) придет и возьмет это самое «ничье», хотя бы даже и бесплатно, то все наладится само собой и будет нам счастье.

А что бывает, когда наконец приходит долгожданный эффективный собственник? Он, вопреки нашим чаяниям, не начинает ни с ремонта, ни с «улучшения качества коммунальных услуг», о чем так пекутся отцы города. Как говаривал Чубайс, прежде чем инвестировать, мы должны выстроить бизнес. С «выстраивания» эффективный собственник и начинает.

Минус восьмой.

Крах надежд

Чего ж мы ждали? Что когда в стране плохо, то плохо будет всем поровну, как то обещал Ельцин? Или что на приватизационный ваучер каждый получит две «Волги», как обещал Чубайс? Сегодня такие ожидания выглядят очень большой наивностью и глупостью.

Тогда почему мы верили? Неужели в советские времена нам не врали, и у нас не выработался иммунитет к вранью? Нет, тогда тоже врали. Еще как! Но все-таки не так, в смысле — по-другому. Ведь чистого вранья, как идеального газа, наверное, не бывает, в любом есть доля истины.

Раньше человек ощущал, что каждое последующее поколение живет все же лучше, чем каждое предыдущее, а значит, что-то в этих показателях было правдивым?

А на исходе «перестройки» мы столкнулись с ложью иной, гораздо более концентрированной и высокопробной, в которой процент истины был сведен до минимума, ложью, я б сказал, геббельсовского закала. В чем разность вранья? Когда при Советах человеку обещали две «Волги», то получал он в лучшем случае «Запорожец». Когда то же самое обещали в эпоху накопления начального капитала, то человек не только не получал двух «Волг», но и своего «Запорожца» лишался.

Минус девятый.

Каждому поколению — свой суверенитет?

Вспомним результаты референдума. В декабре 1991 года на вопрос о поддержке Акта о провозглашении Независимости Украины и Декларации о государственном суверенитете больше 90 % жителей Украины ответили «да, подтверждаю», почти 8 % — «нет, не подтверждаю» и около 2 % бюллетеней были признаны недействительными. Ни в одном регионе Украины противников Независимости не было больше половины, ближе всех к этому показателю подошли Крымская АССР и город Севастополь — 42,22 % и 39,39 %.

Но ведь незадолго до этого те же люди и почти таким же большинством (почти 80 %) поддержали существование СССР!

Решать судьбу государства референдумом неправильно не столько потому, что это несправедливо, сколько потому, что это чревато. Как говаривал Богдан Хмельницкий, только Бог строит на века, а все построенное человеком — человеком же и разрушается. Государство, построенное на таком зыбком фундаменте, как волеизъявление ныне живущих поколений, не разрушится ли сразу после того, как эти поколения уйдут?

Минус десятый.

Как дешево мы продали свободу

Десятилетие действительно свободных выборов у нас началось в 1989-м и закончилось году эдак в 1998-м. В этот период политическая борьба на короткое время уже вышла из-под ярма прямого административного диктата государства (компартии), но еще не оказалась под диктатом денег. Если угодно, этот период можно рассматривать как переход от управления прессой политическими методами к управлению методами экономическими.

На последних выборах в Украине деньги играли большую роль, чем на предпоследних. На нынешних выборах они будут играть еще большую роль. В дальнейшем, по моему мнению, процесс стабилизируется на некотором всеми принятом и признанном уровне: кто электорат оплачивает, тот его и танцует.

В Украине политический процесс характеризуется еще некоторыми факторами, которые я только обозначу:

1. Продажность самих кандидатов, готовых отказаться от борьбы в обмен на хороший пост в администрации. Сторонники «ярого оппозиционера» получают тумаки, быть может, как раз в то самое время, когда сам он торгуется с «кандидатом власти», и остаются потом — он с постом, они с синяками и «хорошей» зарплатой в 150-200 баксов.

2. Неструктурированность политических сил, прямо происходящая из первого (или, может быть, определяющая первое?). Партийцы переходят из одной партии в другую, как футболисты меняют клуб, — по принципу кота Матроскина, где больше платят. В свое время аналогичный переход Черчилля шокировал Англию и взбаламутил историю. В сегодняшней Украине никого подобное не шокирует и даже не удивляет.

3. Все большее ограничение временных рамок избирательных кампаний. Власть объясняет это необходимостью экономить «народные» деньги. Может, и правда за счет сокращения сроков что-то экономится, но результатов этой экономии я лично не ощущаю и не уверен, что нам следует начинать экономить именно на демократии. Зато вполне ощутим другой результат: «скоропостижные» кампании лишают избирателя возможности не только оценить самого кандидата, но даже до конца выслушать его обещания. И выбирают, как ежик в тумане, под воздействием какого-то мгновенного бессмысленного импульса типа: голосуй, а то проиграешь!

Минус одиннадцатый.

Герой нашего времени: сутенер

С начала 90-х годов у нас начался все ускоряющийся рост преступности, который достиг пика где-то к середине 90-х. Сейчас ситуация стабилизировалась, но это не означает, что уровень преступности начал падать, а означает, что «удалось снизить темпы роста». Иными словами, он (криминальный уровень) больше не растет или растет уже очень мало. Пожалуй, в этой области вершины мы уже достигли.

Минус двенадцатый.

Крах украинского слова

Но наиболее парадоксальным, абсурдным, прямо скажем, представляется то, что сейчас происходит с украинской культурой и украинским языком.

Я уже не говорю о том, что депутат, ратующий за ограничение русского языка на украинском телевидении, сам, когда не находится перед телекамерой, разговаривает на русском. Но, может быть, деятели, ратующие за возрождение украинского языка и поносящие русификаторскую политику периода власти коммунистов, подняли этот самый язык на недосягаемую высоту?

Сейчас в Украине на одного человека приходится в среднем по полторы книги (на всех языках), а в СССР было — по семь.

Минус тринадцатый.

Нет меры

Люблю разврат в различных проявлениях. Что естественно — не безобразно (что неестественно — понятно, наоборот). Но правы и поляки, которые говорят «что занадто — то не здраво».

Сегодня, пожалуй, каждому ясен истинный смысл объявления, что требуются симпатичные девушки до 25 лет для высокооплачиваемой работы за рубежом. Уже и самые тупые сообразили, о чем речь. Проституция была всегда, и в советские времена, конечно, тоже. Хотя по объемам — одна сегодняшняя Украина, пожалуй, переплюнет пять Советских Союзов. Но вот чего тогда точно не было — это торговли людьми. Это исключительно завоевание нашей демократизации. Сегодня раб, переправляемый, например, в Москву, стоит 200-300 долларов. И девушки, и юноши. Дешевле грибов.

Понятий меры и нравственной нормы в законе нет. А значит, они не то что запрещены или разрешены, а просто не существуют. Взрослые приняли, что они «отныне не существуют», «как бы не существуют». А дети вырастают уже совсем свободными от этих понятий.

печатная версия | обсудить на форуме

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования