Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Политика стр. 4
Социум стр. 5
Тема стр. 6
Афиша стр. 7
стр. 8
стр. 9
стр. 10
стр. 11
стр. 12
стр. 13
стр. 14
Социум стр. 15
Культурный разговор стр. 16
Спорт стр. 17
Человек стр. 18
MediaPost on-line
Колонка редактора
человек Стр. 18
 Эксклюзив 

Сергей Братков: Родина, страна, жизнь

Дарья Юровская
Агентство "МедиаПорт"


Девять тридцать утра, воскресенье. Московский поезд слегка опаздывает и группа встречающих на перроне успевает выстроиться в самую удобную позицию. Камеры настроены на точку, где через несколько минут окажется дверь одиннадцатого вагона. Поезд прибыл. Два оператора, режиссер и автор напряженно вглядываются в спускающихся по железному трапу пассажиров в ожидании героя, который уже давно стоит за спинами встречающих и с легкой улыбкой наблюдает за классической сценой «прибытие поезда».

Сергей Братков

Да это он. Приехал в Харьков, чтобы сыграть самого себя в неигровом фильме о том, как наши люди ТАМ задают тон жизни. «Малая родина» — название серии фильмов об известных харьковчанах появилось задолго до того, как героем одной из серий был выбран фотограф Сергей Братков. Но именно он невольно расшифровал смысл проекта. Большим людям не просто мало, а как ни странно вообще НЕТ места ни в городе их юности, ни в стране. Братков, он из новых, он уезжал уже из независимой Украины, сменившей совок на капитализм. Причем между Харьковом и Москвой был еще Киев, который тоже оказался не тем городом. Теперь Братков, несмотря на украинское гражданство, — современное российское искусство. И деньги здесь ни при чем.

«Однажды, когда я был в Берлине, у меня открывалась выставка в Швейцарии. «Шенген» в Швейцарии не действует, но организаторы выставки сообщили мне, что если я зарегистрируюсь в Посольстве Украины в Берлине, в Швейцарию меня пустят. В Посольство я приехал за пятнадцать минут до конца рабочего дня, — объяснять, что мне нужно пришлось через дверь. Также из-за двери мне объявили «Ми вже снідаємо». Я позвонил знакомому в Министерство и он дал мне телефон одного из сотрудников посольства. Я позвонил, объяснил, мол так и так, у меня открывается выставка в Швейцарии, меня там ждут, и мне нужна регистрация. И вдруг этот сотрудник, далеко не рядовой, говорит мне, что он должен сначала посмотреть мои работы. Мне очень нужно было в Швейцарию, поэтому я согласился, но на всякий случай переспросил «Я привезу работы и вы мне сразу поставите регистрацию?». «Нет, — отвечал сотрудник посольства, — Мы еще пошлем за-прос в Министерство культуры Украины на тему, а не было ли других претендентов на то, чтобы открыть свою выставку в Швейцарии».

Узнаю брата Колю, или как там звали этого защитника национальных интересов. Но это нам дым отечества сладок и приятен, а Братков, которого Европа и Америка знают лучше, чем самый прогрессивный местный зритель, должен быть там, где искусство понимают как понятие безотносительное.

Родина

Сергей Братков приезжает в Харьков несколько раз в году. Маршрут почти всегда один: с Южного вокзала до поселка Южный, где живут его родители, Браткова везет электричка. «Так привычнее, — говорит он, — Я покупаю мороженое, газету и еду, как дачник». Съемки в фильме — один из немногих поводов нарушить расписание. Рымарская — детство, проспект Ленина — юность, улица Шота Руставели — профессия.

Галерея на последнем, холодном этаже жилого дома по Руставели называлась «UP-DAUN», там Братков делал выставки, там собирались художники, журналисты, ино-странцы и просто зрители.

По лестнице, больше похожей на стремянку, Братков не спеша поднимается в галерею. По сценарию фильма там его ждет приятный сюрприз — лучший друг, художник Алексей Борисов. Без сценария в «UP-DAUN» его ожидает реальность в виде кучи хлама, которым в прямом смысле слова завалены бывшие выставочные залы. Мне кажется, если бы сегодня в галерее процветал цех по выращиванию грибов, ради которого художников когда-то выселили из мансарды, было бы если не лучше, то хотя бы понятней. «Это похоже на то, как эми-гранты возвращаются в родное поместье и говорят, вот, что сделали с моим родовым гнездом крестьяне», — Братков шутит, но вряд ли ему весело.

А дальше — уже сюрприз для всех. Среди гор мусора Братков находит старые фотографии: «Вот это Берлин, ой, еще одна моя работа, если тут как следует покопаться — учитывая стоимость моих работ, можно нарыть состояние». К поискам свидетельств галерейной жизни подключается уже вся съемочная группа: вот на низком, затянутом паутиной потолке одной из комнат отзыв о выставке на иностранном языке, а вот еще один и еще. На стене другого зала обнаружился абсолютно не утративший свежести прямоугольник бумаги с указанием размеров и материалов какой-то работы. Братков трижды обходит галерею. «Грустно», — вполне ожидаемая реакция. И вдруг: «Грустно, что молодые художники могут подумать, — искусство никому не нужно».

Страна

Свежий номер иностранного журнала под названием «Flash Art» (его Братков привез родителям) мы рассматриваем, пока едем в Южный. На обложке фотография — два подростка в брюках, но без рубашек бегут по зимнему лесу. «Ну как?» — интересуется Братков. Я не знаю, что отвечать, мне неловко, потому что с того момента, как Братков сошел с поезда, я только и думаю, что о собственной дремучести. Но я говорю: «Похоже на фото на обложках таких добрых советских журналов». «Да, как «Огонек», — подсказывает мне друг Браткова Борисов. «Хорошо», — похоже, наша реакция Браткову понравилась. Потом в Южном, пока мы жарили на костре сосиски и беседовали о его работах и выставках, большая часть которых проходит в Европе, я все время думала о том, как тяжело Браткову со зрителем. Сколько людей в состоянии считывать то, что он вкладывает в свои фотографии? Эпатаж и провокация — стандартное резюме о Братковских выставках.

«Был большой скандал в 2000 году, когда «Реджина» (галерея в Москве с которой работает С. Братков. — Д.Ю.) показала «Детей». Причем скандал был на уровне Государственной думы, собиралась комиссия Госдумы по нравственности, такое было лицемерие. Кругом порнография, в киосках можно увидеть порнопродукцию, тогда в Москве она было свободно, в том числе и детская. Про Интернет я даже не говорю. А у меня на фото — одетые дети, чуть-чуть с большим макияжем и это у них вызвало такую катастрофическую реакцию. Об этом писали все газеты, собралась комиссия по нравственности, — мне пришлось отбиваться, но это не вызвало каких-то криминальных последствий. Потом один из каналов российских пригласил меня на ток-шоу, и только включились камеры, — ведущий подбегает ко мне и спрашивает: «Сергей, вы педофил?». Я говорю: «Да». А что я мог ответить на такой дурацкий вопрос? Они сразу камеры выключили, говорят, «Вы что, с ума сошли?»...

«Дети» Браткова объехали весь мир, и я очень сомневаюсь, что даже строгих правил немцы так громко возмущались «безнравственностью художника».

Но, тем не менее, Братков России благодарен. За то, что, тоталитарная и имперская, она все же позволяет ему, человеку с украинским гражданством и паспортом, представлять современное российское искусство за рубежом. «Я не знаю, возможно ли было бы это на Украине, если бы русский да с российским паспортом представлял Украину, это бы никогда не было бы возможно».

Жизнь

С Братковым очень интересно разговаривать. Никогда не знаешь, что услышишь в ответ. Вот старый оперный театр («хорошее место, там всегда можно было послушать оперу и в буфете выпить портвейну за рубль»), — лепной советский герб на фасаде еще с лета завешен картонным украинским трезубом. «Плохой дизайн» — «Что?» — «Дизайн, говорю плохой. Украинский герб создавался в эпоху модерна, а вот эти завитки, которые вокруг него нарисованы совсем из другого времени». А вот еще: «Скажите, Сергей, фотографии Браткова — это «гламур» или «хард»?» — «Это все условно. Вот смотрите, распятие — Христос на кресте, какие эмоции вызывает у зрителя, а это ведь «хард», самый что ни на есть, — кровь, казнь...». Или вот — оранжевая революция. «Да, я сразу приехал в Киев. Ну, сам Майдан... не знаю — это было больше похоже на рок-концерт. Но вот когда люди пошли к администрации президента... (я как художник можно расскажу?) Такой желтый свет, ОМОНовцы во всей своей амуниции вы-строились как триста спартанцев, которые защищали Фермопилы. И вот так они стоят — люди и ОМОН — друг напротив друга. Вот это было настоящее искусство».

Браткова сложно понять, но ему легко верить. Тем более что однажды он революцию уже видел. В 1998 году в Праге, он был там проездом — спешил на собственную выставку в город Хеп, а попал в гущу событий. «Меня даже полиция окатила водой, когда разгоняла демонстрантов». Верят Браткову и герои его фотографий. Секретное подразделение российского спецназа снимает маски, руководство приюта пускает к детям, а маленькие токсикоманы улыбаются в камеру. Подкупает искренность художника и еще «Мне интересно» — похоже, это любимые слова Браткова.

Для тех, кто в эфемерные вещи не верит, есть и другое объяснение. «Я им говорю, вот я тебя сфотографирую, и ты войдешь в историю. И это правда».

Сам Братков «вошел» уже не в одну историю, но разговор о его амбициях выходит таким же странным, как и все остальные беседы с художником.

«Ну, амбиции есть, без них как-то все не ощущается. Ну, того, что мне хотелось бы в карьере художника достичь — это участвовать в «Документе», выставке, которая проводится раз в четыре года, там очень строгий отбор, из русских в «Документе» пока участвовали только двое. Это вершина для каждого художника. А материально... Честно говоря, я даже как-то сам расстраиваюсь, что у меня нет материальных устремлений. Меня не интересуют машины, ну я смотрю на них, как на произведение искусств, но обладать ими малоинтересно. Я, вы знаете, даже смотрю на возможность приобрести квартиру в Москве очень спокойно. Нет, ну и ладно, а почему бы всю жизнь не снимать...».

«Новости музеев»

Cергей Братков стремительно ворвался в тесный мир современного искусства Москвы в 2000 году. Также стремительно пришло и международное признание. На счету Сергея Браткова участие в Биеннале современного искусства в Сан-Пауло, 50-м Биеннале современного искусства в Венеции, выставке «Москва-Берлин» 1950-2000". Только за последний год его работы приобретены музейными коллекциями S.M.A.K. (Гент, Бельгия), MUKHA (Антверпен, Бельгия), Marta Herford (Германия), Centro Galego de Arte Contemporanea (Испания), знаменитыми частными коллекционерами во всем мире. В 2004 году Сергей Братков представляет Россию на престижнейшей Manifesta 5 в Сан-Себастьене (Испания).


www.museum.ru

печатная версия | обсудить на форуме

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования