Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Выборы стр. 4
Социум стр. 5,6
Афиша стр. 7
Объектив-TV стр. 8,9,10,11,12,13,14
Социум стр. 15
Кто и как обустроит Украину стр. 16,17,18
стр. 19
Культурный разговор стр. 20
Персона стр. 21
Культурный разговор стр. 22
Спорт стр. 23
Love story стр. 24
MediaPost on-line
Колонка редактора
Выбор Fashion TV: 1 из 250
Без права на "право": записки из СИЗО
выборы Стр. 4

Голосуй – или… не заработаешь

Наталья Гончарова
MediaPost


Возможно, когда-нибудь выборы все-таки станут для наших людей способом продемонстрировать собственную гражданскую позицию. Пока же для многих избирательная кампания – это, в первую очередь, возможность поправить свое материальное положение.

Ты мне верь… А там посмотрим

Участие в выборах сегодня многие рассматривают не просто как возможность дополнительной подработки, но и как серьезный бизнес, ибо способов заработать на гонке кандидатов – великое множество.

«Заработок на выборах по-харьковски – это не только работа агитатором или членом избирательной комиссии, - говорит Михаил Камчатный, председатель областного отделения Комитета избирателей Украины. – Есть, например, люди, можно называть их организаторами, которые ходят по штабам разных партий и предлагают так называемый человеческий ресурс. У них есть группа, условно говоря, из ста человек – все эти люди могут одновременно работать агитаторами за разные партии. Они одновременно могут быть наблюдателями от разных политических сил на разных участках – сейчас это официально уже невозможно, но в агитации – пожалуйста, очень распространено». Услуги таких организаторов, по словам Михаила Камчатного, пользуются в местных штабах немалым спросом – в связи с дефицитом кадров. Состав и самих этих групп, и их руководителей в последние годы значительно омолодился, говорит Михаил Камчатный: часто это студенты старших курсов, которые в состоянии мобилизовать группу, курс, товарищей по общежитию - до 200-500 человек – для участия в митинге или пикете.

«Финансовые злоупотребления в штабах – еще один способ заработка, возможный благодаря теневому финансированию наших избирательных кампаний, - говорит Михаил Камчатный. – Таких штабных работников называют «фильтрами». Схема выглядит примерно так. Из центрального штаба, например, поступают деньги на работу агитаторов. Скажем, 10 каких-нибудь условных единиц. Эта сумма проходит через «фильтр» в областном штабе – и на районный уровень доходит уже 7 условных единиц, а непосредственно в поле спускается только 5 единиц. Такая ситуация в большинстве штабов. Не зря же говорится: если финансовые потери в избирательной кампании составили меньше 40% - это удачный финансовый менеджмент. Такая схема будет работать до тех пор, пока не будет прозрачного финансирования выборов».

Людей, которые работали бы на выборах только потому, что поддерживают какую-либо партию или кандидата, - исключительно «за идею», а не за деньги, - у нас практически нет, уверен Михаил Камчатный.

Впрочем, такого мнения придерживаются далеко не все. Для Екатерины Козловой нынешние выборы - уже вторая кампания, в которой она принимает участие в роли технолога. На прошлых парламентских выборах, в 2002-м, она была личным психологом кандидата в народные депутаты. Сейчас в ее задачи входит координация проектов одной из политических партий. Выборы для Екатерины - это, прежде всего, способ самореализации и «борьба за качественный уровень»: «Мне не интересна сама идея заработка на выборах. Хотя можно понять тех, кто идет на это ради денег. Но тогда получается, что эти люди сами себя обманывают. Сейчас они продают в кредит свое будущее за 50 гривен. Скорее, проблема в стране, которая не выстроила экономические и социальные условия, чтобы люди не продавались за 50 гривен, а потом сами же не жалели, что парламент проходят не те, кто там действительно нужен».

Таких не берут в космонавты

На вопрос: каждый ли желающий может поработать на благо партии (или себя, любимого) во время избирательной кампании, можно услышать самые разные мнения.

«Политические партии у нас на самом деле больше виртуальные, и у них нет того необходимого количественного, кадрового ресурса, даже для того, чтобы сформировать участковые комиссии, - утверждает Михаил Камчатный. - Недавно Ярослав Давыдович говорил о проблемах с окружными комиссиями, так вот с участковыми комиссиями будет еще больше проблем: люди не слишком-то охотно идут. Поэтому поработать на выборах, в общем, может каждый – было бы желание, в штабах редко отказывают, там нужны люди».

В самих штабах партий на этот счет другое мнение. «К нам приходят очень разные люди: и пенсионеры, и студенты, и бизнесмены. Но на работу мы берем далеко не всех, - говорит начальник районного штаба одного из блоков Оксана Капуста. – Например, нашим агитатором должен быть только доброжелательный человек, с приятной внешностью, без каких-либо изъянов, с высоким уровнем интеллекта. Основной критерий, по которому мы оцениваем кандидатов, – это готовность работать и чтобы человек сам поддерживал идеи партии. Кроме того, у нас работают психологи, которые определяют состояние психологического здоровья кандидата. Ведь люди, которые представляют нас, ассоциируются с партией - поэтому отбор у нас очень серьезный». Агитаторы, говорит Оксана, прежде чем приступить к работе, проходят специальный тренинг - в группах по 20-30 человек, где их учат искусству убеждать. В процессе тренингов отсеивается примерно десятая часть желающих. По словам Оксаны, у людей, работающих сразу на несколько политических партий, шансы попасть на работу в штаб – нулевые. «У нас только один раз было такое, когда люди пришли к нам целой командой, но почти сразу же, на тренинге, выяснилось, что они работают и на другую партию. Они сами в этом сознались и ушли, больше не работали. Для нас такая «двойная» ситуация неприемлема».

«Людей для работы в нашей кампании мы отбираем, скорее, интуитивно, - говорит Екатерина Козлова. – Конечно, проходят далеко не все. Мне достаточно пары вопросов, чтобы понять человека. Один из критериев – то, ради чего человек к нам приходит. Безусловно, каждый человек должен ценить свой труд, и работа каждого должна оплачиваться. Но бывает, что приходят, например, молодые музыканты и сразу же говорят: мы такие талантливые, заплатите денег, а потом мы будем играть. Сразу понятно, что люди делают ставку не на свое творчество, а на заработок – с ними работать изначально не интересно».

Ты мне, я – тебе

Вариант нарушения правил игры – в смысле сотрудничества - возможен как со стороны «политработодателя», так и со стороны «наемного работника»: и те, и другие предпочитают сотрудничать «в темную» - то есть не оформляя свои отношения официально. Такой себе гражданский брак: не то чтобы никто никому не должен – просто для обязательств друг перед другом нет достаточных оснований. «Вероятность того, что с людьми за работу не расплатятся – примерно 50%, - утверждает Михаил Камчатный. - К сожалению, у нас это стало традицией еще с 1998 года, когда люди работали агитаторами, наблюдателями, и многие ничего за работу не получили. Я не слышал о таких случаях во время президентской кампании относительно двух основных кандидатов, но со стороны технологических кандидатов, маргинальных такое нередко допускалось».

В особенно неприятной ситуации может оказаться так называемый руководитель среднего звена. Человек, который по поручению штаба рекрутирует людей, скажем, для участия в митинге, заранее оговаривая сумму вознаграждения. Понятно, что в случае обмана этот самый «руководитель среднего звена» платить нанятым на работу людям из своего кармана не станет, как бы неловко он себя не чувствовал. Можно, конечно, хоть как-то подстраховаться – пообещать «рекрутированным» только половину заработка, плюс премия - тогда в случае чего хоть не ударишь в грязь лицом: «ну нет премии – и все!».

Единственный способ не оказаться одураченным – заключать официальное соглашение с работодателем. Правда, говорит Михаил Камчатный, пока это, скорее, из области чудачеств: «Обычному гражданину – все равно, работать официально или нет – лишь бы платили. Да и вся эта волокита, связанная с устройством на работу, потом ходить сдавать декларации… Конечно, выгоднее получать наличными и не нести ответственности. По договору у него будут определенные обязательства, а так, если его поймают, что он, к примеру, некорректно проводит опрос, - ну пожурят, в худшем случае – больше не будет работать».

В свою очередь, руководители штабов тоже пытаются защитить себя от недобросовестных работников, используя для этого несколько методов контроля. «Например, прозвон: после того, как агитатор сообщает нам, по каким адресам он побывал, мы звоним людям и просим их дать информацию о качестве работы нашего специалиста, - рассказывает Оксана Капуста. - Еще у нас есть бригадиры, которые могут сделать проверку на маршруте. Ну и еще есть метод, который мы не хотим разглашать – ведь сколько существует методов контроля, столько и способов его обойти».

Плюс 2 гривни за мороз

Так сколько же можно заработать на выборах? На деликатный вопрос о деньгах неохотно отвечают и представители «среднего руководящего звена» штабов партий, и люди, мерзнущие в палатках на улице. (Что, в общем, и понятно. Пардон, с нескромным вопросом: сколько платят? - я приставала к людям не из желания покопаться в чужом кармане, а исключительно выполняя журналистское задание.) Не имея точных цифр из официальных источников (если это вообще возможно), руководствуемся усредненными данными – из серии «мне говорили». Итак, по неофициальной информации, больше всех в период избирательной кампании могут заработать руководители областных штабов политических партий – от 2000 до 3000 у.е. в месяц. Их коллеги, возглавляющие районные штабы, и прочие «руководители среднего звена» - от 500 до 1000 у.е. за тот же период работы. Услуги социологов, аналитиков, политологов – если это не разовая оплата, а месячная ставка, оплачиваются в размере 700 – 1000 тех же у.е. Профессиональные агитаторы (таких, по словам Михаила Камчатного, в городе немного, всего примерно человек двадцать), работая в штате, получают от 200 до 500 у. е. в месяц. Люди, которые только пробуют себя в роли агитатора, естественно, зарабатывают на порядок меньше профессионалов – от 100 до 150 у.е. в месяц.

Примерно так же оценивается труд граждан, работающих палатках: 100-150 у.е. - месячная ставка или, по другим данным, 80 гривен за восьмичасовой рабочий день. Во время сильных холодов руководители штабов по-разному спасали (или не спасали) своих мерзнущих на улице сотрудников: кто-то рабочий день сокращал до четырех часов, соответственно, и зарплату уменьшал вдвое – до 40 гривен, а кто-то доплачивал «компенсацию за мороз» в размере 2 (!) гривен в час. К слову, и эффективность работы на улице в такую погоду весьма сомнительна: кто захочет останавливаться для общения с агитатором, вместо того, чтобы пулей бежать домой или в офис, где можно согреться горячим чаем?

Член территориальной, окружной комиссии, работающий на руководящей должности, получает ставку в размере 200 - 400 у. е. в месяц. Членам участковых комиссий платят только за последний месяц работы – от 100 до 200 у.е. Некоторым из них платят только за последний день, день голосования - порядка 200 гривен.

Ну и разовая оплата для участников митингов и пикетов – от 15 до 20 гривен в час.

И шо нам та Америка?

Заработок на выборах по-харьковски практически ничем не отличается от ситуации по Украине в целом. Наши российские соседи в этом отношении тоже не придумали ничего нового – если не брать во внимание расценки, отличающиеся как в большую, так и в меньшую сторону.

По словам специалистов, именно выброс на рынок большого количества наличности во время выборов как ничто другое влияет на усиление инфляции, которое начинается, как правило, через несколько месяцев. Это значит, что все прелести нынешней ситуации мы ощутим на себе уже осенью, когда деньги, массово зарабатываемые сейчас, начнут так же массово тратиться.

«От стран со сформировавшейся демократией наша модель отличается тем, что «у них» избирательная кампания проходит прозрачно, - говорит Михаил Камчатный. - Я допускаю, что там тоже есть какая-то доля теневого финансирования или использования админресурса, но там это злоупотребления другого рода – например, использование служебной машины. Как американский кандидат собирает деньги на свою кампанию? Устраивает бал, потом объявляется сумма собранного. Те, кто работает там на выборах, работают, в основном, волонтерами. Они не то чтобы работают за идею – просто набираются опыта, это будущие политики, которые начинают с низшей ступени. Эти люди идут туда сознательно – чтобы набраться опыта и наладить связи, проявить себя. Ну и уровень политической культуры там – совсем другой. У нас почему-то считается, что тратить деньги на выборы – нерационально. Это, скорее, вопрос популизма, когда говорят: давайте лучше эти деньги потратим на пенсии. Комитет избирателей Украины подсчитал, что каждому налогоплательщику выборы обходятся в 1 гривну в год. 5 гривен за 5 лет я трачу на выборы президента. Это копейки! Надо тратить 500 гривен в год с каждого, чтобы мы имели нормальные демократические выборы. Демократия дешевой не бывает, в нее надо вкладывать деньги, как в любой другой бизнес, если мы хотим иметь дивиденды. И мыслят там совсем по другому. В Словакии на избирательном участке мы не увидели ни одного наблюдателя. На вопрос: «А вдруг сфальсифицируют выборы?» - нам ответили с недоумением: «А зачем нам обманывать свой народ?»

печатная версия | обсудить на форуме

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования