Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Мегаполис стр. 2
Неделя стр. 3
Политика стр. 4,5
Социум стр. 6
Афиша стр. 7
Объектив-TV стр. 8,9,10,11,12,13,14
Невыдуманная история стр. 15
Культурный разговор стр. 16
Спорт стр. 17
Среда обитания стр. 18
MediaPost on-line
Откуда у главы "Нефтегаза" деньги на "Мерседес" последней модели?
Охота на браконьеров
Невыдуманная история Стр. 15
 Невыдуманная история 

Я не доктор

Анна Гин

Цивилизация погибает только после расцвета культуры. Значит, мы не погибнем никогда.

Ночью у моей шестилетней дочери ни с того ни с сего поднялась температура. Она не чихала и не кашляла, но я все равно решила утром вызвать врача. Мало ли?! Я же не доктор.

В поликлинику удалось дозвониться с пятнадцатого раза.

- Ваш доктор такой-то. Обход с девяти до одиннадцати.

Надо сказать, я крайне редко обращаюсь к врачам, и правил поведения с участковыми педиатрами не знаю.

- Скажите, а можно начать с нас? Мне на работу к десяти, как раз успею.

- Обход по маршруту или степени болезни.

Я не совсем поняла это словосочетание и на всякий случай переспросила:

- Так можно доктор сначала зайдет к нам?

- Адрес?

- Такой-то.

- Ожидайте.

Я так и не поняла, зайдет доктор пораньше или нет, но решила послушно ожидать. Мне повезло. В дверь позвонили еще до десяти утра. Без пяти десять.

- Что у вас? Спросила доктор.

- Температура ночью была и все.

- И все?!

Наверное, этого было крайне мало, чтобы начать обход с нас. Простите, что не холера.

- Открой ротик шире, шире.

- Может быть, включить свет? - предложила я, глядя на раздирающего рот ребенка.

- Не надо, я и так вижу, что ангина. Вот сами посмотрите!

Мне не хотелось смотреть, но она настаивала.

- Ну, загляните же, я даже вижу гнойничок! - доктор так радовалась, что обидеть ее было как-то неудобно.

В глазах ребенка, послушно стоявшего с распахнутым ртом, читалась мольба «мама загляни, она не отстанет». Я заглянула.

- Вот, видите! Врач приготовилась, к моим восторгам. На ее лице, как на суфлере, засветилась моя следующая фраза: «Да, да, конечно, определенно ангина, вы правы, доктор».

Я промолчала. Промолчала не потому, что ничего кроме горла, возможно покрасневшего, не увидела. А потому, что не понимаю зачем. Зачем мне заглядывать в рот ребенку? Подтвердить диагноз? Подтвердить профессионализм медика? Бред.

Во время беременности меня часто смотрели на аппарате УЗИ, и милая докторша в женской консультации каждый раз поворачивала монитор в мою сторону и приговаривала: «Ой, посмотрите, пальчики какие длинные, а ножки как смешно поджимает». Я так ни разу и не смогла понять, где там пальчики, где ножки, а где, собственно, все остальное. Я ей верила, но всякий раз, когда она это делала, чувствовала себя дурой.

Участковая засобиралась. На ходу, диктуя названия лекарств, она смотрела в блокнот, выбирая следующий адрес. Я пыталась стенографировать, прижав лист к стене в коридоре.

- Семь - восемь раз в день, по четвертинке, за тридцать минут до еды…

- Извините, но мой ребенок столько не ест! (Тем более ребенок, больной ангиной, при которой, если я не ошибаюсь, больно глотать).

Она сделала паузу, но побоялась сбиться с заученного текста и, не ответив, продолжила:

- Если не поможет, не давайте лекарство больше…

Мне показалось, это была фраза дня, но я ошиблась. Доктор, наматывая шарф перед зеркалом, учила меня, как «обработать горло раствором». Это была инструкция по эксплуатации существа живого, шестилетнего. Я не перестала писать, только потому, что такие формулировки нужно цитировать. Повторять слово в слово:

«Зафиксируйте ребенка, строго вертикально (!) (ага, желательно, пользоваться отвесом). Угол палочки должен быть девяносто градусов, по отношению к горлу (!) (и транспортиром). Наносите раствор на слизистую горла по часовой стрелке (!). Если у ребенка вдруг (!) возникнет рвотный позыв, уберите палочку и научите ребенка глубоко вдыхать носом».

Она завершила этот спич, стоя спиной, уже в дверях. Потом обернулась, как мне показалось, улыбнуться. Если бы она улыбнулась, я бы оценила чувство юмора участкового доктора, но она не улыбалась.

- Вы все поняли?

- Да, спасибо.

Ангина оказалась странной. Дочка сильно кашляла и на горло не жаловалась. Кроме «обработки горла раствором» и кормления семь-восемь раз в сутки, я выполняла все требования доктора. Три вида таблеток, два капель, сироп и орошение. Не помогало. Температура спадала только на время действия лекарства. Две ночи мы не спали. Дочка не могла дышать носом.

Я позвонила в поликлинику, нашего врача не оказалось, трубку взяла ее коллега.

- Она не спит две ночи, носом не дышит!

- Это капали?

- Да.

- А так промывали?

- Да.

- А это?

- ДА. ДА. ДА.

- Ну, привозите, покажем ЛОРу.

Одноглазый лор (на одном глазу у него блестящий круг), вооруженный железным крючком, велел моему ребенку задрать голову. А вы бы не заплакали?! Она не плакса, просто надо соизмерять размеры инструментов с воображением ребенка. Я понимаю, что у него очередь. Но, возможно, ласковое слово ускорило бы процесс. Не надо было бы тратить время на вытирание слез и на долгие уговоры открыть-таки и показать дяде ротик.

Нас отправили на рентген.

- Не бойся, тебе сделают фотографию носика изнутри!

Я вообще-то строгая мама, но в поликлинике я излучала столько света, что солнце зажмурилось. Надо было как-то компенсировать ребенку встречу с правдой жизни. Естественно, после того, как мы отстояли очередь, выяснилось, что для рентгена необходима специальная бумага. Которая, опять же естественно, продается в аптеке, в которую (все так же естественно) буквально минут десять ходьбы (ну, там, за углом).

Лор сказал – гайморит. Я спросила – откуда?! Лор сказал сдать денег «на благотворительность». Я спросила, как это!? Не в смысле, денег, а в смысле формулировки. Я правда не поняла «сдать на благотворительность» - это как? Я сдаю, а кто-то потом благотворит этими деньгами? Я положила десять гривен в подставку для ручек, он написал нам список лекарств.

С ангиной было проще. Новый список состоял из восьми пунктов и никак не пересекался с предыдущим. Доктор отвел мою дочь в процедурную.

- Подождите за дверью, ей сделают промывание носа.

Я бы не ушла, но из процедурной вышла совершенно очаровательная бабушка-медсестра и добрым голосом залепетала какую-то чушь про кудряшки моей девочки, про чудную ее кофточку и так далее.

Я металась под кабинетом в унисон с диким ревом собственного ребенка. Через пять минут вместо своей, обычно веселой, я получила всхлипывающую и распухшую от слез девочку.

- Промывания нужно будет сделать не меньше пяти раз. И еще прогревания.

Звучит как приговор. Не по количеству процедур, а по тону произнесенных слов.

Я не доктор, но, по-моему, греть воспаления нельзя.

- Вы, знаете, два дня назад у нее была ангина. С гнойником.

Доктор снова взялся за крючок

- Подойди ко мне, девочка.

- Нет! - дочка вцепилась в мою руку. Я ощутила ее температуру. Не меньше тридцати восьми.

Это какой-то фильм ужаса, страшная сказка.

- Вы знаете, она и так откроет рот, не надо инструментов, пожалуйста.

- Мамочка, кто из нас доктор? Вам что-то не нравится? Лечите сами.

Хороший аргумент. Работает безотказно.

Не хотелось ни возмущаться, ни ругаться, ни объясняться. Хотелось, чтобы она была здорова. И все. Идти, искать другую поликлинику, других докторов с больным ребенком?

Я присела на корточки.

- Солнышко, любую игрушку. Любую!

Да простят меня педагоги. Я все понимаю. Кроме того, как можно приказать ребенку не бояться. Вот если бы дядя с крючками спросил, например, как ее зовут, или рассказал смешную историю…

Прошлым летом мы отдыхали в Анталии. Меня предупреждали, что у детей трудно проходит адаптация к чужому климату и ребенок в первый же день может заболеть. Я набрала кучу лекарств, но нас пронесло. А вот прибалтийскому мальчику из соседнего номера повезло меньше. После первого же купания в море он слег с отитом. Ночью его мама постучала ко мне и на сильно ломаном русском спросила, хорошо ли я знаю английский. Она не могла по телефону объяснить, что с ребенком и какой доктор ей нужен. Когда я в турецкой гостинице на чисто русском языке объяснила по телефону (не используя жестов) доктору немцу, что ребенок кричит от боли в ухе, он примчался через десять минут. Самое потрясающее, он привез с собой игрушку. Ночью. Обыкновенный надувной мячик. Первое, что он сделал, это протянул игрушку ребенку и спросил: «Как тебья зофут»?!

Ангины уже не было. Или не было совсем. Мы заехали в аптеку и купили очередной мешок лекарств. А также очередную Барби с набором доктора.

Температура спала. Теперь она не спала, потому что кашляла. Кашляла громко и беспрерывно. Блин, а ведь никто из врачей, ее не послушал. Ни педиатр, ни лор.

Я пошла в круглосуточную аптеку. Описав «характер кашля», получила две бутылки сиропа.

- Похоже на бронхит, сказала аптекарша.

Мне стало нехорошо. Всего четыре дня назад у меня была абсолютно здоровая дочь.

Ангина, гайморит, бронхит... Если завтра кто-то скажет «птичий грипп», я не удивлюсь.

Зря я так думала. Утром ребенок проснулся весь покрытый сыпью. Воскресенье. Звонить в поликлинику бессмысленно. Скорую? Нас тут же уволокут в инфекционку. Пойти в аптеку и описать «характер сыпи»?

Я решила, что это аллергия на лекарства и перестала их давать. Вообще. Не помогло.

Всю ночь я читала ей сказки. Она засыпала буквально на несколько минут и снова просыпалась. Странно, но нос дышал, температура была нормальная и кашля почти не было. Она жаловалась, на боль то ножки, то ручки, то животика. Где-то в три часа ночи шестилетняя девочка произнесла фразу, которая заставила меня расплакаться.

- Мама, мне кажется, завтра никогда не наступит.

Откуда она знает этот набор слов? Что с ней? Я злилась на себя, на врачей, на аптекарей, на страну и на всю систему.

Утром я пыталась дозвониться доктору. Через полчаса поняла, что есть более быстрый способ. Мы сели в такси и поехали в поликлинику. Очередь попыталась возмущаться. Я ворвалась со словами: «Вылечите мне ребенка! У нее уже аллергия на лекарства, а толку нет»!

- Что за аллергия? Покажите.

Дочка, находясь на безопасном расстоянии от доктора, задрала свитер и оголила живот.

- Вы с ума сошли мамочка! - завопила докторша. Ребенка с ветрянкой привести в поликлинику!

Я села.

- Ветрянка? Я думала аллергия.

- Вы думали!? - передразнила меня педиатр. - Вы что - доктор, чтобы диагноз устанавливать?! Нет, ну это ж надо! Она, видите ли, думала! Вы б еще в грудной день пришли! Быстро, одевайтесь и домой. И ни с кем по дороге не общаться! Десять дней из дому не выходить! Мазать зеленкой! Не мочить!

Мне было стыдно. Да, я не смогла отличить пятна ветрянки от аллергии. Но ведь я же не доктор. Я и не хотела им быть. Никогда. Даже в детстве. Меня вынудили поставить диагноз. Если бы первый доктор хоть намекнул на возможность ветрянки. Если бы не псевдоангина, гайморит и бронхит...

- Я королева зеленки!

У моей дочери мания величия. На ней, правда, почти нет незеленого места. Зеленые цветы на руках, зеленое солнце на животе и зеленые зайцы на пятках. Ей лучше. Кризис прошел.

Но теперь же все чешется! Уговорить ребенка не чесать пузыри, потому, что «останутся шрамы и будешь похожа на бабу Ягу» можно. Но не надолго. Отвлечь, заиграть, зачитать тоже можно. Но также не надолго.

Вы будите смеяться. Звоню в поликлинику.

- Скажите, чем помочь ребенку, во время ветрянки, чтоб не чесалось?

- Диазолин, Супрастин. Как можно этого не знать? - отвечает информатор.

А я не знаю. Не знаю, потому, что я НЕ ДОКТОР!

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования