Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Власть стр. 4,5,6
Невыдуманная история стр. 7
Афиша стр. 8,9
Непутевые заметки стр. 10
Телепрограмма стр. 11,12,13,14,15,16,17
MediaPost on-line
ЗаВТрО? А нам что?
Первый пошел
Колонка редактора
“MediaPost” заставил БГ задуматься
непутевые заметки Стр. 10
 историческая родина 

Я, рок-н-ролл и ночная Варшава

Мария Малевская
Агентство "МедиаПорт"


(Как полька по крови впервые в Польше побывала) Они - такие, как мы, - они тоже из соцлагеря. Они не такие, как мы, - они уже в ЕС. Для них слово “общественность” - сила, а не пустой звук. Для них неоднозначные события в истории страны - повод говорить об этих событиях, а не молчать или раскалывать страну на тех, кто “за”, и тех, кто против. 11 ноября Польша отпраздновала свой день - День независимости. Как поляки умеют помнить и что чувствует полька украинского происхождения, впервые попав на историческую родину.

—В Польшу? Хочу, конечно!

—Зачем?

—Я ж полька!

—Ооооо... Землю целовать будешь?

—Не знаю... А надо?

Прабабку звали Фёкла. Фёкла Струневська. Полька была. Прадед её насильно увёз - нашел где-то на границе Польши

и Беларуси. Потом на свет родилась бабушка - в Сибири.

Ее тоже насильно замуж выдали.

В 16 лет. Дед-рыбак забрал круглолицую Маню в поселок на берегу Азовского моря. Там у них родилась девочка, которая не разговаривала. Родители решили - немая. Круглолицая и расширевшая уже Маня вышла с девочкой на обрыв, море - красота неописуемая, и заплакала. Малышке было уже 3.

—Мамо! Дывы, якэ морэ гарне!..

Немая пауза. Речь отняло у Мани.

Я сейчас часто вспоминаю эту историю - мама заливается смехом, и отвечает анекдотом: “Просто до этого море таким красивым никогда не было!..”

Это по маминой линии прабабка - полька. А по папиной - все поляки. Не знаю, было ли на первом свидании моих родителей что-то вроде “мы с тобой одной крови”, но я своими корнями всегда гордилась. И фамилию в подтверждение повторяла. Быть кем-то особенным в детсаду или школе: все - украинцы, а я гордо говорила “полячка!”. Это уже позже я узнала, что правильно говорить “полька”, а на вопросы “Почему в свидетельстве о рождении украинка написано?!” отвечала: “Перепутали!”.

В Польше я никогда не была. Только папины рассказы слушала - он в молодости был. Прапрадед-купец жил в Познани.

—И всё? Что еще знаешь?

—Да больше ничего и не знаю. Родственники там какие-то есть. Еще -

в Кракове жили, а где сейчас...

—А жена его?

—Жену Ядвигой звали.

Фотографий у папы нет. Родители рано умерли, и отец с братьями росли в интернате. У мамы есть - одна, где круглолицая Маня (то есть моя бабушка) - еще совсем девочка. Рядом с ней - та самая прабабка-полька Фёкла.

—Сфотографируйся обязательно в Варшаве!

—Мам...

Открыв глаза утром в поезде, я сразу поняла - это Польша. Такая, как в фильмах и по телевизору. Такая, как я ее себе представляла: мы подъезжаем к центральному вокзалу Варшавы, из окна видны маленькие домики с аккуратными клумбами, миниатюрными лавочками и гномами. Первое удивление - билл-борд на станции “Варшава восточная”: с огромного плаката польский коллега нашего министра здравоохранения призывает не болеть. Сейчас нужно будет выйти из поезда. По законам жанра, именно здесь нужно упасть на колени и целовать землю. Выходим на вокзале - нет земли. Каменный модерновый пол, похоже на украинское метро. Толкучки, пирожков и таксистов, настойчиво предлагающих “от Южного вокзала до Холодной горы недорого, за двадцатку” - просто нет. Поезда очень быстро сменяют друг друга - за несколько минут с одного перрона уходит несколько электричек и пассажирских составов.

Едем по утренней Варшаве. Очень много рекламы. Нет, билл-бордов - примерно столько же, как у нас. Но на домах - огромная, иногда на весь дом - реклама из полупрозрачной сетки. Причем, чаще всего девушка, рекламирующая, например, мобильный телефон, просто закрывает собой балконы и окна.

Ловлю всё, что можно увидеть из окна машины. Первый вывод: Польша - это такое среднее европейское зарубежье. Уже будучи в Евросоюзе, Варшава остается местами советским городом: несколько зданий уж очень напоминают архитектуру Москвы. Переводчик объясняет: “Это Дворец культуры, подарок Сталина послевоенной столице”. Сейчас поляки пытаются заслонить “оплот СССР” другими зданиями - строительство многоэтажек идет полным ходом, но вечером высотка светится и видна издалека.

Недалеко от вокзала, в центре Варшавы - рынок-стадион. Здесь когда-то был чемпионат мира по велогонкам. Сегодня - польское “Барабашова” - большой вещевой рынок.

—Мам, я в Варшаве! Доехали? Нормально! Всё, побежала! До видзення, пани!

Польского языка я не знаю. Когда общалась с поляками здесь, в Украине, от своего польского происхождения понимать больше, чем коллеги-журналисты с украинскими корнями, не стала. Что-то ёкало внутри только, когда гости произносили фразы, произнесенные не раз папой.

“Жить мы будем в социальном центре”. Это мы так всем расспрашивающим отвечали - цитировали то, что сказали организаторы. Называется наше жилье “Осередок” - это центр, куда польские пенсионеры приходят обедать, общаться, занять кучу свободного времени кружками и разговорами. На третьем этаже - номера. Предусмотрены, видимо, для тех, кому негде жить. Только за все время нашего пребывания я там никого не видела.

Порадовала столовая - “столовка” по-польски. Еще раз напоминаю: центр для пенсионеров. Объявление: “Пожалуйста, не приклеивайте жвачки к посуде и мебели!” Вот честно - рада я за польских бабушек и дедушек, которые приклеивают к столам жвачки!

Единственное возмущение - нам не выдали полотенец! Мы сначала долго отвыкали возить с собой свое постельное белье и полотенца, и теперь дико негодуем. Это сегодня мне друг, который в Польше был уже несколько раз, объяснил: полотенца там выдавать почему-то не принято.

Выходишь на улицу - и сразу видно: поляки. Иностранцев, мне показалось, у них намного меньше, чем у нас, а тем более - чем в Москве. Мужчины - сплошные Богуславы Линда и Цезари Пазура - из фильма детства “Охранник для дочери” польского производства.

Нет, на этом моменте я землю целовать тоже не буду. Что-то мне подсказывает: не стоит.

Варшава - город ночной. В моем сознании. Она должна быть такой - блестящей от дождя, и от того еще больше светящейся огнями. С музыкантами, которые на рыночной площади играют на саксофоне Эннио Мариконне.

С бомжами (если честно, то он был всего один - за три дня мы встретили только одного), которые слушают плеер на остановке троллейбуса.

С торговцами на улице и их милым “проше, пани”, улыбчивыми официантами в маленьких уютных кафе, которые несколько минут тщетно пытаются понять, что такое корица (зато я теперь навсегда запомню “каву з цинамоном”). С вывесками “Uroda” - салон красоты, и бабулькой-одуванчиком, которая, взяв за руку, прошептала: “зграбнютка”. Друг перевёл - “хорошенькая”. Не уверена в его знании польского, но в тот момент вспомнила, что у меня где-нибудь по сценарию должно быть падение на колени и целование “родной” земли.

—Мам, а прабабушка, Фёкла, красивая была?

—Да, очень. Только ей дед запрещал с непокрытой головой ходить.

—А вернуться в Польшу она никогда не пыталась?

—Да не пустил бы он ее...

Польки - сомневаюсь, что мои наблюдения объективны, но - они практически не красятся. Очень простой, европейский стиль в одежде - шарфы, вельвет, джинсы. Каблуки - очень редко. Неяркие цвета волос - на наших девушек из южного города Мариуполя польки реагировали испуганно: стразы, блестки и боевая раскраска там - дурной тон.

Начинаю волноваться: когда? Когда хоть что-нибудь почувствую? Я же так хотела в Польшу! Я же полька! Ну, должно же быть что-то, кроме простого туристского восторга? Гостеприимно, мило, удивительно, красиво и сытно.

Но не близко.

Кстати, о сытно. Украину поляки называют “диетической страной”. Это мне так наш переводчик Ростик -

он украинец польского происхождения, из Тернополя, но уже несколько лет живет в Варшаве - ответил на вопрос: “Это вы нас так кормите, или здесь везде таааакие порции?!”. Порции, даже по меркам моей мамы, которая в мои редкие приезды в родительский дом пытается отыграться за всё недоеденное мною в студенческие годы, -

огромные! Например, официант после внушительной порции салата спросил: “Утка, ребрышки или рыба?” -

и принес пол-утки. Реально. Гарнир, который в украинских кафе нужно заказывать отдельно, там приносят автоматически. Причем, несколько видов сразу. Пьют в Польше горячее пиво. Как мне показалось, алкоголя здесь употребляют намного меньше. Поляки успокоили: “Это вы просто не видели - много”. Но традиции под кодовым названием “приходи на чай” -

на самом деле пить водку - нет.

—Пап, я тебе пива везу. Говорят, хорошее.

—Какое?

—“Крулевське”. Светлое...

Да что ж такое! Где оно? Где вы, мои польские корни? Почему заснули? Что ж я дома-то отвечу: как прошла поездка польки на историческую родину?

Надо погулять. Самой. По улицам. Просто побродить. Включаю плеер. Радио - вот, здесь сейчас будет польская музыка, и я почувствую!

Фигушки! Европа, блин. Те же хиты “ангельскою мовою” (так английский поляки называют), что и у нас. Ладно - не радио. В плеере есть “Пиккардийская терция”. Помню - у них там даже одна песня по-польски должна быть. Не, не клеится. Не то.

Та же дорога - мимо огромных реклам на весь жилой дом и стадиона-рынка. Едем на вокзал. Подвели меня мои польские корни. Сценарий “упасть-поцеловать землю” не отвечает правде жизни. Включаю плеер-предатель. Рука сбивается со львовской а-капеллы “Пиккардийской терции”, в наушниках вдруг появляется рок-н-ролл. Совсем не под настроение. Хотя...

Картинка ночной Варшавы в моем сознании медленно начинает монтироваться со звуком. “Com’on, let’s twist again!..” Оно. Попала. Не знаю, причем здесь рок-н-ролл к моим польским корням (опытный режиссер сказал бы: “По темпоритму не совпадает!”), но в голове - совсем другой сценарий. Без “упасть-целовать родную землю”. С огнями в лужах, бережно хранимой поляками национальной памятью, горячим пивом, пенсионерами, жующими жвачки, молодыми и улыбчивыми “богуславами линда” и “цезариями пазура”...

Таким грустным рок-н-ролл еще никогда не был.

P.S. Прадед по папиной линии, который родился в Польше, жену увёз из Степанокерта - дочь своего армянского партнера по торговле.

Прабабку звали Ана. Армянка была...

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования