Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Социум стр. 4
ЖКХ стр. 5
Социум стр. 6
Невыдуманная история стр. 7
Афиша стр. 8,9
Культурный разговор стр. 10
Телепрограмма стр. 11,12,13,14,15,16,17
MediaPost on-line
Бензин ваш - проблемы наши?
Колонка редактора
Иван Черсунов vs милиция
Юрист готовится к суду с "Жилкомсервисом"
афиша Стр. 8
 о кино 

Эйфория

Олег Денежка


— Что делать!?
Кажется, Чернышевский и, кажется, до сих пор никто не знает — о чем.


Степь с выжженной травой на фоне медленно текущей реки, бесконечные телеграфные столбы и старенький “Москвич” с какими-то досками, прикрученными к крыше. И дороги, дороги, дороги — какое кинематографическое действо должно родиться в таком антураже? Безудержный артхауз, без вариантов. Он и родился: фильм Ивана Вырыпаева о сермяжных страстях среднерусской равнины “Эйфория”. Да так родился, что тут же, сходу взял призы в Венеции и на “Кинотавре”, вызвав у отечественной критики ответную эйфорию. Какими только эпитетами фильм не награждали: от “прорыва в отечественном кинематографе” до “Тихого Дона” наших дней”. Последнее — очевидно, в связи с тем, что все действие картины действительно происходит на берегах Дона. Но достаточное ли это условие, чтобы уравнять эти два художественных произведения?

На первый взгляд, все вроде бы то же самое. Если уж нужна страсть, то пусть она будет без берегов: пусть будет чужая жена, Вера, и пусть будет разудалый казак, в нашем случае Валера, и пусть они полюбят друг друга греховным чувством, для острастки — прямо на свадьбе Веры. Дальше — больше, будет семейное несчастье (то самое, которое в каждом случае свое, индивидуальное, но здесь почему-то очень похожее на “как у людей”) и пусть будет несчастный ребенок: а как же без него? И вот злая собака Пират откусила палец дочери Веры, а “ейный” муж Павел застрелил Пирата и, конечно, напился пьяный. Дальше все будет еще “лучше”, чем у бедняги Шолохова, которому такой накал страсти и не снился: Вера прямо на могиле несчастной собаки (которая то ли злодей, а то ли жертва, не поймешь), переспала с лихим Валерой и затем с ним убежала. Дальше особых действий Вырыпаев не придумал, зато заменил все “кинокрасотами”: поставил Веру на фоне живописной деревянной стены, то в одиночку, то вдвоем с Валерой, затем поместил в полную песка кровать, а Валеру заставил что-то делать с черными, как уголь, козами в мистически светящемся зеленым хлеву. В конце — дробовик, много крови на белой рубашке и медленно тонущая, как “Титаник”, лодка с главными героями.

Вот вроде все то же самое: страсти, страсти и еще немного декора, но отсутствует одна очень важная деталь. Мысль. Современный российский кинематограф, кажется, обрел сегодня все, о чем можно мечтать: прокат, прибыль, бюджет, современные выразительно-изобразительные средства, внимание зрителя. Но потерял при этом нечто во много раз более важное: тему. Научившись обращаться с современным киноязыком и получив возможность снимать, молодое кинематографическое поколение, похоже, понятия не имеет, зачем ему это нужно. “Что делать” да “что будет” — бесконечно спрашивают герои Вырыпаева. И кто им даст ответ, если этого не знает сам режиссер?

Символизм Вырыпаев довел до абсурда. Эту уже не постмодернизм в кубе, эта степень много круче, впору называть числа, которые ведомы лишь профессиональным математикам. В фильме, с одной стороны, бессмысленно все: герои все время куда-то едут, все с теми же досками в багажнике, то пьют водку и бьют друг друга вилками в грудь, то, как я уже упоминал, стоят на фоне стены. У них нет никаких занятий в жизни (лето, деревня — похоже на правду?), им некуда спешить, и единственное их занятие — быть метафорами в руках режиссера. Вырыпаев даже начал картину с символа: деревенские мальчишки прикрутили к мотоциклу

местного дурачка и запустили его по дороге. Выехав на ближайшую развилку, он не стал выбирать поворот, а поехал между дорогами, прямо по сенно-желтой степи. Ну, он же дурачок, смекаете? Как мы. Куда ему выбирать дорогу? И даже доски на “Москвиче” — вовсе не доски, а заготовки на гроб. Только вот не пригодились. Впрочем, лодка — чем не замена?

Во всем фильме — почти ни одного живого персонажа. У них словно и нет собственной жизни, они скорее математически выверенные функции сюжета: приходят ниоткуда, уходят в никуда,

и за этими картонными фигурами не видны даже актеры. Кажется, они растворяются, как тени на полуденном солнце, которого так много в фильме, и сами собой исчезают, стоит им выйти из кадра. Ни одной детали, ни одного лишнего движения или слова, которое не служило бы для дальнейшего движения сюжета, вместо отношений героев — сценография, вместо жизни — эстетика, и кажется, что персонажи вот-вот начнут разговаривать скороговорками для развития артикуляции. Потому что неважно, что именно они говорят — слишком много в фильме “правильных” интонаций.

Конечно, весь мир — театр. Но ведь не театральное училище?

Река — жизнь, дороги — выбор, степь — свобода, доски — смерть, — такой себе учебник психоанализа вместо кино. Рождается новый жанр, который впору назвать “библеизмом”, попытка режиссеров “плевать” в вечность, снимая без примет времени, без деталей, без узнавания. Иллюзия — если тебя не поймут современники, то оценят потомки — есть не что иное, как тщательная имитация творчества. И причина проста: творчество — это мысли и переживания художника. Это его жизнь. И коли переживаний особых нет, то приходится их заимствовать. Кому нужны реальные страсти, если можно их симулировать, без особой опасности для здоровья? Разве художнику платят за перенесенную душевную боль?

Как показывает опыт великих произведений — да. И снимать про то, что волнует лично тебя, снимать искренне, — единенный способ достучаться до зрителя. В “Эйфории” же, если что и искренне, так это беспомощность режиссера перед им же созданным потоком метафор. Это вовсе не сумасшедший колесит по выжженной степи, это самого режиссера, словно проволокой прикрутили к камере,

и фильм несется сам, помимо его воли, невесть куда. А вместе с собой Вырыпаев приглашает прокатиться и зрителя.

Спасибо. Я как-нибудь сам. Пешочком.

печатная версия | обсудить на форуме

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования