Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Деньги стр. 4
Власть стр. 5
Социум стр. 6
Культурный разговор стр. 7
Афиша стр. 8,9
Культурный разговор стр. 10
Телепрограмма стр. 11,12,13,14,15,16,17
MediaPost on-line
Владимир Оглоблин: портрет на фоне пейзажа
Колонка редактора
Обвиняемым в драке на Клочках не хватило конвоя
Трудно быть мэром
Культурный разговор Стр. 10
Также на странице:
 картинки с выставки 

Портрет на фоне пейзажа

Ирина Скачко
"МедиаПорт"


Он объездил весь евразийский континент в поисках природы, не тронутой человеком. Но, оказывается, отовсюду - с Таймыра, Тянь-Шаня, Чукотки - он увозил на пленке не только моря, леса, горы и облака. Неожиданная сторона творчества известного пейзажиста Владимира Оглоблина: в галерее “Дабо” - выставка его портретной фотографии “Люди и лица”.

— Так получилось, что я готовил материал к большой выставке “Люди и судьбы”, которую я предполагаю в августе показать в Художественном музее, и почувствовал, что меня очень волнуют лица людей, которые жили лет сто назад, - объясняет Владимир. - Но за двадцать пять лет моей работы тоже скопилось большое количество портретов. Мне показалось, что будет любопытно, если я покажу людей, которые, так или иначе, влияли на мое мировоззрение, мировосприятие. Этих людей я встречал в разных уголках континента - от Чукотки до Парижа.

Светлые, чистые портреты детей и взрослых. Тува, Туркмения, Якутия. Каждое лицо - это отдельная история. Говорит Владимир Оглоблин:

— Вот земля Франца-Иосифа. Был тяжелый переход: очень холодно, ветер, температура порядка минус 57 градусов. Этот человек, в очках, весь замерзший, - это Саша Поздняков, который меня спасал. Я тогда часть вещей забыл. Вернее, вертолетчики забыли сбросить рюкзак, он где-то застрял между баками. И когда вертолет улетел, обнаружилось, что у меня не хватает многих вещей: нормальной обуви, рукавиц. Из-за этого я все время примерзал. На третий день я почувствовал, что у меня отказывают ноги, с руками проблемы начались. И Саша Поздняков, врач по профессии, меня спасал… Это Андрей Подрядчиков. Его отец умер в полярной экспедиции за год до этого. И он специально отправился по следам отца, потому что отец не дошел только 80 километров до полюса, сердце не выдержало колоссальных перегрузок… На Андрее защитные очки, потому что там без защитных очков - смерть. Настолько яркое переотраженное солнце.

А эту девчушку, Диану, я заметил на съемках фильма “Долгая дорога в Дюнах” в Риге. В середине восьмидесятых годов его снимали, и я туда случайно попал. Смотрю, крутится на съемках девчушка, копирует игру актеров. Я стал наблюдать за ней, и в какой-то момент наши глаза встретились, и она с таким кокетливым удивлением стала позировать, что я сделал несколько кадров. Я познакомился с ее бабушкой. Приезжал потом несколько лет подряд в Ригу и с интервалом в год фотографировал эту девочку. А потом след ее затерялся. Я перестал ездить в Латвию, потом как-то наши страны рассыпались… Я несколько раз звонил в эту семью и никуда не попадал. Телефоны, видимо, изменились, или люди переехали. В прошлом году, спустя ровно двадцать лет, я в составе делегации Харьковского университета еду в Ригу с выставкой. Брожу по городу, очень замерз, решаю согреться в телефонной будке. Там лежит такой толстый телефонный справочник. И я пробую найти в нем фамилию матери этой девочки. Нашел, но инициалы другие. Думаю, может, какая родня. Звоню и попадаю на родную сестру ее мамы. После того, как она выяснила всю мою биографию, она рассказала мне, что Диана живет теперь в Брюсселе, и дала ее телефон. Я звоню… Ну как можно по телефону встретить человека через двадцать лет. Одни эмоции были. Она сказала, что у нее теперь дочери как раз столько лет, сколько было ей, когда я ее фотографировал…

Еще у меня есть интересные портреты одной семьи, жившей на границе Туркмении, Афганистана и Ирана. Я, когда подходил к их дому, обратил внимание, что на стенах дома очень интересная примитивная живопись - разноцветные птицы. Вышел красивый в белых одеждах старик-хозяин и сказал, что это рисовала его восемнадцатилетняя слепая дочка. Оказывается, она держит птицу руками и по памяти рисует этих птиц… Через некоторое время я узнал, что эта девушка умерла в больнице.

…А это Туркмения. Центральные Каракумы. Я забрался туда с ребятами из Москвы, тоже фотографами. Среди барханов маленький поселочек, может, человек двести там живет. Очень экзотический народ. Они нас рассматривали как инопланетян, а мы их. Дети все время возле нас крутились. Целая стая детей, около сотни ребятишек, и был такой мальчишка, лет четырнадцати, и он в восемь утра приходил, садился на бархане перед нашей палаткой и так, не вставая, сидел часа четыре, потом куда-то убегал. Потом возвращался и сидел до восьми вечера, не говоря ни слова. Я подходил, давал ему конфеты, он молча брал их, смотрел на меня, улыбался. Но диалога никакого не происходило. Я думаю, он по-русски не разговаривал.

Вот портрет под названием “Молящийся”. Поразительные глаза, которые я увидел на фоне красной стены в Троице-Сергиевой Лавре. Я когда увидел эти глаза, у меня внутри что-то прямо зазвенело. Позже я участвовал в конкурсах, и этот кадр так и назывался “За кадром”. В этом философия человеческой жизни. Лет после шестидесяти очень многие люди оказываются за кадром жизни, становятся одинокими.

Портрет ламы, священника из Тувы, который показался мне просто кладовой мудрости, индийской, китайской. При мне он лечил одну женщину с переломом ноги. Дал ей выпить какой-то травы, потом долго заговаривал ее и при этом спустя минут пятнадцать брал ее голеностоп и начинал пальцами вправлять туда кости. Она даже не вскрикнула, потом туго затянул, что-то наговорил. Я спрашиваю: “А как же жесткое, гипс?” А он говорит: “А не надо ничего, через две недели уже бегать будет!”

Вот портрет другого старика. Это очень глухое место, Архангельская область. Мне сказали, что там все деревни уже брошены и никакой жизни нет. И вдруг я вижу вдалеке силуэт человека, который косит сено. Когда он обернулся, я был просто поражен. Человек был абсолютно слепой, он в войну потерял оба глаза, пуля пробила навылет, оба глаза и переносицу. И я взялся помочь ему косить, и минуты через три я уничтожил одну косу, врезался в огромный валун. А когда он меня утешил, ничего, мол, есть вторая коса, я угробил о камень и вторую косу. Я прожил у них два дня, отремонтировал эти косы, но не переставал удивляться, как человек может, будучи слепым, так чувствовать эти камни.

— Столько историй… Литературой не пытались заняться?

— Литературой нет. Но у меня же есть “Странствия”. Это дневники, письма, которые я писал другу. А он все сохранил и опубликовал в таком сборнике. Сборник этот быстро разлетелся. Но в нем только десятая часть моих путешествий.

— Если бы это издать еще и с фотографиями…

— Ну, где ж взять денег на все это…

— Поездки ведь тоже стоят больших денег?

— Да, но последние лет двенадцать-пятнадцать это уже съемка на заказ, в основном для Москвы, для московского издательства “Пента”. В последние годы Колыма, Чукотка, Якутия, Таймыр, Тянь-Шань - это все московские интересы. Но мне как раз это интересно, я хочу снимать нетронутые уголки Земли. Конечно, это все экстремально и рискованно. Результат - книги, альбомы. Вот видите, лежит монументальное издание “Россия прекрасная”. Это “Газпром” заказывал тысячу экземпляров для Путина. 24 фотографа России, снимающих Россию. Ну и вот я как-то в эту команду затесался, и в этой книге более тридцати моих фотографий.

— На Ваших фотографиях такие необычные цвета, освещение… Что здесь от природы, а что от технологии фотографирования?

— Это жизнь. Кредо моей фотографической жизни - находить божественное. Потому что у Бога же нет фотошопа. Ему не нужно ничего придумывать. Поэтому я вообще часто говорю, что я не фотохудожник, а фотограф, который пытается что-то найти божественное.

— А с фотографированием людей - принцип тот же?

— Ну, человек для меня - это вообще вершина творчества. Но здесь я снимал по ходу дела. Не мог не снимать. Это какая-то внутренняя интуиция. Надо почувствовать человека. Если человек мне интересен, когда есть духовная близость, то портреты удаются. Вот съемка в Средней Азии. Я снимал уличных продавцов молока. И первая моя попытка была не очень удачной. Мальчишка, который стоял, отвернулся, девочка вообще убежала в сторону, а женщины, которые сидели на земле продавали молоко, закрыли лицо руками. Потом одна с любопытством начала наблюдать за мной, что-то сказала остальным, и они открылись.

— Всегда спрашиваете у человека разрешения сфотографировать?

— Когда мне запрещают, я стараюсь не фотографировать. У меня, например, рука не поднялась снимать на Чукотке стареньких женщин, у которых было татуировано лицо. В тундре каждый род имел свой орнамент. Такую татуировку делали только девочкам в четыре года. Но они не захотели, чтобы я их фотографировал.

— Технический вопрос. Вы на цифру снимаете?

— Нет, на цифру я не снимаю, и более того, природу мне даже запрещают снимать на цифру. Во-первых, нужно фотографировать для большого формата, а цифра еще не готова к этому. И, во-вторых, пластика света не передается. Цифровые снимки безупречного, конечно, качества, но там нет игры. Наверное, когда-нибудь, со временем, что-то репортажное и буду снимать цифрой. Но пока только пленка.

— Распространенность фототехники, ее доступность убивает фотоискусство? Сейчас ведь каждый второй себя мнит фотохудожником.

— Убивает. Понимаю, конечно, что прогресс не остановить, но наличие фотоаппарата в каждой семье не говорит о творческом потенциале людей. Был случайный эксперимент: я снимал на пленку и снял порядка трехсот кадров за неделю. А мой друг на цифру три тысячи. Как я понял, он меньше задумывается над кадром. Снимает впрок, а когда убирает весь мусор, и результат получается примерно тот же… Многие сейчас пользуются фотошопом, компьютером, но, мне кажется, что за этим зачастую скрыто неумение. Надо сначала пройти академическую школу, а потом уже творить.

—А Вы долго выбираете объект съемки?

— Если говорить о природе - да.

У меня же съемка неспешная. Тяжелая аппаратура… Все это требует основательного подхода и быстро там ничего не получится. Можно, конечно, предвидеть что-то. Но можно и ошибиться. Я, например, трое суток сидел на перевале Ульмень, на высоте 2200 метров, и просто ждал. Был ливень, была непогода, и все туманом было настолько затянуто! А потом, когда на третьи сутки километровый слой тумана начал проседать и появилось немного света, солнца, вот тут я начал чудеса и доставать. И это ожидание чуда для меня состояние неизбежное… Хотя можно и ошибиться - и чуда не произойдет.

— Где Вы еще не были? Куда планируете поехать в ближайшее время?

— Я не планирую, я мечтаю. Потому что, когда планы срываются, это болезненно. Я, например, планировал попасть на остров Врангеля с Сенкевичем снимать медведей, а поскольку я гражданин Украины, то были серьезные проблемы с документами. Там ведь пограничные районы. И, несмотря на участие Абрамовича, несмотря на эту суету (там все очень долго перепроверяют), я попал на Чукотку, а на остров Врангеля не попал. Хотя мечтал всю жизнь. Это единственный в мире остров - заповедник белых медведей.

— И Вы на него так и не попали? Продолжаете мечтать?

— Да, продолжаю мечтать. Ну, я точно так же мечтал побывать в Беринговом проливе, посидеть на краю земли, поболтать ногами. Поболтал.

— И каково это, болтать ногами, свесив их с края земли?

— Был абсолютно черный день. Море, небо - просто мрак. Я замерз ужасно. Но я же упрямый как осел, стоял и ждал чего-то. И как подарок небеса чуть-чуть приоткрылись на несколько минут, я сделал несколько кадров. И на этом съемка в тот день закончилась. А вообще там в ясный день видно Аляску. Работать в Беринговом проливе было очень интересно. Там переворачивается время. Это 180-й меридиан, противоположная сторона Земли, относительно Гринвича. Там есть условная линия, можно одной ногой стоять в сегодняшнем дне, а другой во вчерашнем. Одновременно.

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования