Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Власть стр. 4
Спорт стр. 5
Культурный разговор стр. 6
Невыдуманная история стр. 7
Афиша стр. 8,9
Культурный разговор стр. 10
Телепрограмма стр. 11,12,13,14,15,16,17
MediaPost on-line
Болельщикам - вагончики, а милиционерам - английский?
Дмитрий Быков ждет Путина в Украине
Колонка редактора
Почем газ для народа?
культурный разговор Стр. 10
Также на странице:
 персона 

Дмитрий Быков: литератор без политических акцентов

Филипп Дикань
Агентство "МедиаПорт"


Если и есть в нынешней России их “все”, то это Дмитрий Быков - поэт, прозаик, публицист, журналист, ведущий телепрограммы “Времечко”. Нет, конечно, “все” он не в смысле такого общенационального морального авторитета, к вескому и мудрому слово которого готово прислушаться все население от Курил до Калининграда - масштаб не тот. Но вот в плане готовности откликнуться на любое более-менее значимое событие, как в России, так и за ее пределами - тут Быкову нет равных.

Нет, страждущего высказать свое веское слово хоть про что печатно-телевизионного народу наберется на состав с вагончиком в придачу. Быкова много - он большой, и его видно сразу, но, к счастью, в отличие от большинства, его можно слушать - он интересен. Потому что талантлив, этого не отнять. Дмитрий Быков не только неуемный публицист с собственной, пусть и спорной позицией и неожиданными аргументами. О поэтических творениях и художественной прозе Дмитрия Быкова тоже можно дискутировать - кому-то нравится, кому-то нет, но вот пару лет назад он выпустил девятисотстраничную работу о Пастернаке, и не где-нибудь, а в знаменитой академической (на минуточку!) серии ЖЗЛ! За что и получил Национальную литературную премию. А совсем недавно Быков выпустил не менее внушительную по размерам книгу “ЖД”.

На встречу с харьковскими почитателями Дмитрий Быков прибыл как на фронт или, по крайней мере, на маневры - в сером камуфляже. Правда, воинственный пафос смягчали обычные сандалии на босу ногу и благодушный настрой Быкова. Это он там, в Москве постоянно на маневрах: чуть что - Быков выстреливает статьей и разбивает в пух и прах в блестящей полемике. А сюда, в тихий, по московским меркам, Харьков, он прибыл не в качестве генерала пера и бумаги, а обычным литератором - почитать стихи.

О визите приглашающая сторона особо не распространялась, поэтому послушать гостя из Белокаменной набралось человек пятьдесят, не больше. Правда, небольшой зал Чичибабин-центра был забит до отказа. Народ, который пришел послушать быковские творения, был, что называется, среднего возраста и старше и очень смахивал на бывших шестидесятников.

Забегая вперед, скажу, что на литературу Быков выделил минут двадцать-тридцать, сообщив, что именно столько почитает стихотворения, а потом готов пообщаться. Двадцать минут переросли в еще двадцать, после чего автор предложил поговорить о политике, а если таковая не интересует, спрашивать о личной жизни. Но ни одна, ни другая тема присутствовавшую в зале публику не заинтересовала, - видимо стеснялись, - поэтому Дмитрий Быков еще не без удовольствия почитал “из себя”, после чего самые интересующиеся нелитературной деятельностью приезжего гостя пошли к нему общаться тет-а-тет, а заодно и получить автограф. До этого импровизированного литературного вечера Дмитрий Быков любезно ответил на несколько вопросов МР.

— Дмитрий, какими судьбами Вас занесло в Харьков?

— У меня много здесь друзей литературных, ну и как-то я периодически испытываю желание почитать то, что они пишут и показать им то, что я пишу и как-то это сверить, поскольку все-таки русская литература, она хоть в Украине, хоть в Африке движется более или менее общими путями. Итересно, что на этих путях делают друзья. Кроме того, Харьков вообще такой один из любимых городов, очень много друзей даже и не только в поэзии здесь, а в основном, в журналистике, поэтому мне весьма приятно лишний раз с ними повидаться, выпить, поговорить, как-то оценить, что происходит.

— Происходит не только в литературе, насколько я понимаю, да?

— В основном, да, конечно. Мне интересно сверить мои ощущения от украинских событий с их взглядами, посмотреть, насколько сбывается мой прогноз о том, что Украина будет дрейфовать в нашу сторону все больше и больше и кончится это лет через 10 объединением. Вот это мне очень интересно. Осталось дождаться вашего Путина. Вот я приезжаю сюда, смотрю, нет ли каких-нибудь его признаков. Пока не видно, но, в общем, где-то уже, очевидно, проклевывается. Знаете, как вот яйцо - уже пошло трещинами.

— А Вы с каким чувством ожидаете появления у нас Путина?

— Ну, без злорадства, во всяком случае. Просто я с тоской вижу, что любое общество, которое более или менее расколото и обречено поэтому повторять один и тот же цикл, рано или поздно от этого цикла устает и примеряется в таком странном забытьи, когда все ценности перестают что-либо значить, прекращается любая борьба, люди просто устают бесконечно, ну и как бы дремлют. И вот им снится коллективный Путин. Нам он уже снится восемь лет, посмотрим теперь, когда он приснится вам, потому что действительно никакого другого выхода из этого я не вижу, его и быть не может, потому что общих ценностей нету. И очень интересно посмотреть, как он будет выглядеть, этот маленький человек, который где-то сейчас ведает, должно быть, службой безопасности при каком-нибудь из губернаторов.

— У вас в России какая-то часть общества хочет от этого сна отмахнуться, как от страшного кошмара. Так нужен ли вообще такой сон?

— Знаете, а я, честно говоря, альтернативу-то не очень вижу. Потому что, в конце концов, если сравнивать положение России в 99-м году и сейчас, теперешнее, конечно, предпочтительней. И я думаю, те люди, которые хотели отмахнуться, хотели бы приснить нам какой-нибудь гораздо более страшный кошмар. Когда я примерно прикидываю себе Россию в варианте Гарри Кимовича Каспарова, мне, конечно, при всем уважении к его шахматному таланту, как-то не очень хорошо становится на душе. Одна мысль о преподавании в школе Фоменко и Носовского способна привести в неистовство. Но Бог с ним! Если бы я видел какую-нибудь внятную оппозицию, я бы с удовольствием к ней присоединился. Но пока я вижу, что это все - явления от народа очень далекие. Народ бы еще поспал, и может быть, через какое-то время после сна, какое-то оздоровление в нем начнется, но снизу. Сверху или снизу, с Запада или с Востока оппозицию принести нельзя. Поэтому Путин для переходного периода фигура очень хорошая. Другое дело, что он России страшно не по масштабу. Ну, надо подождать, пока вырастет что-нибудь помасштабнее. Оно вырастет обязательно.

— Дмитрий, если я не ошибаюсь, Вы в России не свой ни для либералов, ни для, как Вы сами говорите, имперцев. Кто Вы по собственным ощущениям?

— Понимаете, поскольку скомпрометированы сами термины и в России сейчас не осталось по-настоящему ни имперцев, ни либералов, и вырождение идет быстрыми темпами, остались, с одной стороны, откровенные погромщики, а с другой, откровенные коллаборационисты, которые говорят, что и победы никакой не было, и лучше бы ее совсем не было. Сейчас, во время Дня Победы, это отчетливо было видно. Ну, и сейчас совсем нельзя стало выбирать, и я просто раньше других попался под эту раздачу. Так вот, сегодня, мне кажется, идентификация политических терминов отпала. Я не могу сейчас сказать про себя ни того, что я державник, ни того, что либерал - все слова обесценились. Я сейчас такой.... как бы Вам сказать (усмехается)... такой... по преимуществу литератор без каких-либо политических акцентов. Вот это-то как раз самое печальное, что политики в России уже нет никакой, и это не давление сверху, это объективная реальность. Нет ни одного лозунга, который не был бы скомпрпометирован. Поэтому надо сейчас ждать. Сейчас у меня политической идентификации нет, но есть человеческая. Я очень не люблю, когда бессмысленно мучают людей. Вообще, когда их мучают - противно, а когда бессмысленно - совсем отвратительно. Вот к этому и сводятся все мои политические убеждения.

— А что и через что все-таки больше у Вас проклевывается: политика через литературу или литература через политику?

— Да нет, я просто не очень это разделяю, потому что мне кажется, что все существование человеческое должно быть построено на каких-то смыслах. Эти смыслы на политику завязаны очень тесно. Я не могу жить, исходя из того, что весь день я вкалываю, как бобик, по выходным хожу “уикею” (от слова уик-энд - авт.), по другим выходным езжу на дачу, и в этом смысл моей жизни, и все счастливы. Вот это неправильно. Даю детям образование, зарабатываю на стабильную жизнь... Это неинтересно, такая жизнь достойна муравья, и то у муравья есть коллективный разум. Мне бы все-таки хотелось жизни в условиях, когда я придумываю какие-то ценности или, по крайней мере, разделяю или не разделяю общие ценности. Вот сейчас идет период их лихорадочного придумывания, нащупывания нового словаря. Вот это такое мое литературное занятие. Поэтому я не разделяю политику и литературу: и то, и другое в равной степени ищут слова. Просто одни этими словами объясняются в любви, другие поднимают на штурм дворцов. Но и то, и другое, в общем, я думаю, такое общее литературно-политическое богоискательство, как я бы это назвал, такой поиск проявления Бога в реальности.

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования