Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Власть стр. 4
Персона стр. 5
Культурный разговор стр. 6,7
Афиша стр. 8,9
Отдых стр. 10
Телепрограмма стр. 11,12,13,14,15,16,17
MediaPost on-line
Завод Малышева: продать все ненужное
Колонка редактора
Условно проходимые - условно проходные
Эдуард Лимонов: персона грата
Культурный разговор Стр. 6
 гастроли 

Встречи на “Звездном Мосту”. Александр Громов

Наталья Стативко
для "MediaPost"


Начну с главного - в Харькове прошел международный фестиваль фантастики “Звездный Мост”. Традиционный. Третий раз я готовлю для газеты “MediaPost” интервью с писателем-фантастом, на Мосту встреченным. Хочется намекнуть, что это тоже традиция.

Можно меня упрекнуть, что хочу примазаться к классной традиции и сделать реверанс организаторам, одни из которых - мои же, в миру, начальники, другие - добрые приятели.

Отвечаю: примазаться, конешное дело, хочу! Тем более на будущий год Мост юбилейный, десятый, прямой резон быть “при чем”! А что до второго - что им, великим, мои реверансы!

Впрочем, к делу. В этот раз герой выбирался придирчиво и заранее. Как-то так случилось, что сразу два человека, независимо друг от друга, назвали его имя как чуть ли не единственного современного фантаста, который НЕ ПИШЕТ в стиле фэнтези. Представляете? У него никто в трудную минуту не уходит в сумрак (извините, Сергей Васильевич), не наводит морока (извините, Вадим Юрьевич), не превращается ни в мышку, ни в людоеда (извините, Шарль), не водится с эльфами, драконами и духами, не крушит врага заговоренными мечами (извините, извините, извините…). Вообще никакими сверхъестественными средствами не споспешествует автору в его намерении решать проблемы героя. Я не говорю, что все это хуже. Я отмечаю, что другое - реже.

Так вот, этот автор просто ставит человека в нечеловеческие условия перед моральным выбором - получается просто фантастика. В лучшем ее смысле.

Итак, лауреат Золотого кадуцея на “Звездном Мосту-2006”, лауреат еще многих наград, премий и званий, российский писатель-фантаст Александр Громов.

— Я начала читать Ваши книги по одной причине: мне сказали, что Вы единственный современный писатель, который не пишет фэнтези…

— Это не совсем правда. У меня есть два произведения в стиле фэнтези. Один роман и один большой рассказ. Я преклоняюсь перед этим литературным направлением, если оно сделано качественно и если оно оригинально, потому что все эти эльфы, хоббиты и все прочие многократно пережеванные, переваренные и извергнутые персонажи на самом деле уже очень утомили.

— Давайте определимся в терминах. В чем разница между научной фантастикой и фэнтези?

— Научная фантастика не обязательно оперирует общими научными знаниями. Автор может нести сплошную отсебятину. Но самое главное - примат рацио. Главное, что сам автор и, как правило, его персонажи, придерживаются примата рационального мышления. Грубо говоря, человек, оставшийся в дикой природе без огня, у меня будет все-таки тереть деревяшки, а не молиться какому-нибудь Богу.

— Не считаете ли Вы, что фэнтези - это попытка автора облегчить себе жизнь, решить какие-то проблемы, как в детстве, “по волшебству”? Что это, в определенном смысле, ленивая работа?

— Отчасти, да. Плохое фэнтези писать очень просто. На наработанном материале, на кельтской мифологии, а может быть, даже на славянской, особенно в рыцарском романе. Другое дело - то, что делает, скажем, Михаил Успенский и Святослав Логинов. Они пишут действительно оригинальную фэнтези. Это трудно. На самом деле это, возможно, очень перспективный метод... Но читатели думают иначе, читателям нравится читать про эльфов :).

— Может, читатели тоже ленивые?

— Совершенно верно. Но читателя ругать бесполезно. Читатель ни в чем не виноват. Сколько сейчас читателей русскоязычной фантастики? Один-два миллиона - не больше. Где та огромная армия читателей, которая читала Стругацких в 70-х годах? Она для фантастики потеряна. По-те-ря-на. Сами фэнтезисты ее никогда не вернут.

— Почему? Может, потому что это была научная фантастика?

— Нет. Она была научной, потому что иной в Советском Союзе не могло быть. Дело в другом. Прежде всего, она была качественной. У упомянутых 1-2 миллионов читателей “замылен” глаз и испорчен вкус. Потерянную армию вернуть пока не удается.

— Ну, мы с Вами размазали фэнтези, теперь давайте пройдемся по Вашим произведениям.

— Давайте.

— Я прочитала четыре Ваши книги. Знаете, что меня больше всего потрясло? В каждом произведении, которое я читала (“Феодал”, “Тысяча и один день”, “Первый из могикан”, “Властелин пустоты”), везде зашито внутри, я бы сказала, минимум по два произведения, а то и больше.

— Вообще-то говоря, это не самые лучшие мои произведения.

— Ну какие попались. Почитаем еще :). Но в этих - четко по нескольку произведений. В “Феодале”: и сам феномен Плоскости, и встреча двойника - не клона, а именно двойника - с прототипом, встреча одной Плоскости с иной, встреча двух двойников, каждый из которых пошел своей дорогой… Уже четыре интереснейшие темы! И это только одно произведение. И вот так в каждом целый букет любопытных тем, которые недоразработаны - на мой вкус. Куда Вы торопитесь? Почему не напишете по книге на каждую тему?

— Иначе писать неинтересно! Если нет фейерверка идей - это уже не фантастика.

— Читатель остается обиженным! Вот мне как читателю кажется: тут недосказано, тут недоработано, а мне интересно! Планируете к чему-то вернуться, что-то дописать, продолжить?

— Еще раз. Это современный читатель фантастики может остаться обиженным, это пресловутые один-два миллиона. А Стругацкие писали иначе. Вот так как я пишу. Я просто подражаю их методу.

— Просто подражаете… Тогда такой вопрос: в романе “Властелин пустоты”, в описании цивилизации, которая живет на планете, очень слышны отголоски “Улитки на склоне”. Просто, кажется, рукой подать. Вы не боитесь вторичности или обвинений во вторичности?

— Вы первая, кто сравнил эту вещь с “Улиткой на склоне”. Меня сравнивали с огромным количеством советских и главное, зарубежных авторов, половину из которых я просто не читал.

— Но Стругацких-то Вы читали?!

— Да. Да! Да! И если посмотреть мои первые книги, там очень звучит стилистика Стругацких, потом я от нее ушел, слава Богу, потому что ученик должен продолжить дело учителя, а не его стиль.

— Понятно, было некое ученичество. А аллюзию подтверждаете?

— Об “Улитке на склоне” в данном случае даже не думал!

— Почему в “Феодале” такой - на мой взгляд - скомканный финал? Драма встречи прототипа с двойником не прописана. Такое ощущение, что то ли стало неинтересно, то ли это не финал...

— Когда-то Шиллер сказал: “Трудно в великих делах сразу всем угодить”. Мне кажется, что все нормально, что эволюция идет плавно. Но читателю может казаться, что я там что-то не разжевал или что-то там не продлил. Его - читателя - право.

— Мы с Вами договорились, читатель всегда прав. Потому я могу высказать автору все свои претензии...

— Читатель ни в чем не виноват - еще раз. Конечно, когда я пишу, я сужу по себе и ориентируюсь на свое восприятие и, разумеется, могу ошибаться.

— Мы с Вами плавно подошли к проблеме влияния критики на литературу. Нужна ли критика, есть ли критика в вашем жанре? Критика, я имею в виду не критиканство, не одноразовые статьи в газетах “по случаю”, а серьезный, системный анализ, который, может быть, тоже дает писателю какой-то импульс развития…

— С одной стороны, серьезного влияния критики на мои планы я что-то не припомню. А с другой стороны, я абсолютно не логик, я интуитивист. Когда я пишу книгу, просто чувствую, что должно быть так, а потом жду, что придет умный критик и объяснит мне, о чем моя книга.

— Но для Вас это важно, это интересно?

— Это не очень важно, но это интересно.

— А есть ли сейчас настоящие литературные критики?

— Иногда бывают интересные статьи, скажем так. Иногда. А вообще критика в плачевном состоянии.

— Здесь, на фестивале, есть участ­ники, которые представляются критиками. Это действительно системно работающие люди или это форма существования на фестивале?

— (Смеется) Даже бывает формой заработка!

— Вы очень деликатный человек :). Расскажите, пожалуйста, как ВЫ пришли к писательском ремеслу, кто Вы по профессии?

— Я инженер-радиотехник, фантастикой не интересовался до 23-х лет.

— Не читали даже?!

— Очень мало читал. Потом попал на преддипломную практику в нормальный советский НИИ, там была курилка, а в курилке разговоры. В ответ на мои пренебрежительные отзывы о фантастике я услышал: пойди Стругацких почитай. Я не обиделся и последовал совету. И понял, насколько мощный заряд может нести фантастика. Удивительно мощный! И прошел еще год-два, и я попробовал написать что-то сам.

— То есть буквально через два года. Откуда такая, извините, наглость?

— А почему бы нет? У нас одна жизнь. В порядке эксперимента даже интересно.

— Но писали сначала для себя или сразу для книжки?

— Я написал рассказ и отправил его в журнал “Техника молодежи”. Оттуда пришла рецензия, которую я бережно храню: “Общество Ваше, товарищ автор, не может развиваться, как оно у Вас развивается, а обязано развиваться по объективным законам марксизма-ленинизма”.

— Да, это признание - не поспоришь :)!

Вадим Панов считает, что катастрофы происходят и мир рушится в книжках тех авторов, которым в реальной жизни не хватает адреналина. А речь шла о Ваших книгах. Ответите?

— У меня хватает адреналина! Я турист-водник и пару раз в год хожу в походы. Там пороги бывают такие, что смотришь на них и понимаешь, что можешь остаться здесь навсегда!

— Тогда вопрос остается: зачем крушить мир в каждом произведении?

— Чтобы нормальный ленивый читатель, нормальный ленивый человек - чтобы он, может быть, задумался.

— То есть так надо, чтобы задумался - по башке?! Хорошо, вернемся к романам “Тысяча и один день” и “Первый из могикан”.

— “Первый из могикан” - самый худший мой роман, честно говоря.

— Надо же, какое признание! А откуда вообще эта идея деления мира на людей (женщин) и обслуживающий персонал - эксменов (мужчин)?

— Эта работа - чистейшая провокация!

— Провокация получилась?

— Наверное. Роман написан уже давно, а все еще вызывает отклик.

— Как сегодня живет успешный писатель-фантаст, может ли прожить на гонорары?

— Сейчас писателей-фантастов стало очень много, а места на верхушке не прибавилось. И если раньше один из десяти мог существовать литературными гонорарами, то сейчас пожалуй, один из ста.

— Вы еще чем-то, кроме писательства, занимаетесь?

— Нет.

— То есть Вы как раз существуете на гонорары?

— Да.

— Существуете или живете?

— На нормальный быт хватает, на излишества - нет.

— Не было ли соблазна совместить деятельность литературную с PR-деятельностью? Имеется в виду “скрытая” в произведениях реклама товаров и услуг или же политических идей и систем, за что, говорят, платят намного больше...

— Я это НЕ-НА-ВИ-ЖУ и никогда не буду этим заниматься!

— Но это явление существует?

— Да, это существует. В небольших объемах - но есть.

— Вы несколько раз сказали, что то, что я читала, это не лучшие ваши романы. Назовите, пожалуйста, лучшие.

— “Мягкая посадка”, например. Последний мой роман вроде бы тоже неплох…

— Почему тогда “Феодал” попал в серию книг “Звездного Моста”?

— “Феодал” - там была очень серьезная работа. Но теперь уже я вижу, что он не лишен недостатков.

— А нет желания переписать, дописать, развить...

— То, что увидел читатель, уже не подлежит изменению

— Но можно продолжить.

— Продолжить можно, но это неинтересно, я продолжений писать не люблю, я нетипичный фантаст.

— Кого Вы читаете из коллег по цеху?

— Всех читаю: Лукьяненко, Дивова, Рыбакова, Логинова, Лукина - последнего просто все, потому что это самый великий стилист в нашей фантастике.

— А не фантастику Вы читаете?

— Да, сейчас ликвидирую свой пробел в западной литературе. Иногда читаю научную, научно-популярную литературу, повышаю свой образовательный уровень.

— Как Вы относитесь к соотечественникам: Пелевину, Сорокину?

— Пелевина и Сорокина ненавижу. Ненавижу! Потому что устаревшие выспренние слова “нравственная позиция” для меня - не пустой звук. Я считаю и одного, и другого негодяем!

— А если это провокация?

— Не имеет значения. Не всякая провокация допустима. Есть такое слово: этика. Нельзя гадить на пол в своем доме. Они забыли, что это также и мой дом. Эмигрируй - и швыряйся калом на здоровье. Останешься моим недругом, но при этом будешь несколько более достоин уважения.

— Это позиция?

— Да!

— Стоит ли и в каком возрасте давать детям читать фантастику?

— Смотря какую фантастику. Есть детская фантастика - замечательная! Вот “Незнайка на Луне” - это детская фантастика! В третьем или четвертом классе я ее читал с большим удовольствием.

— А говорили, не читали до 23-х лет :)…

— Мало читал :)!

— Отроку, вступающему в жизнь, кого нужно читать первым - Громова или Стругацких?

— Разумеется, Стругацких. Разумеется! Безусловно!

печатная версия | обсудить на форуме

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования