Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Власть стр. 4,5
Экономика стр. 6,7
Город стр. 8
Афиша стр. 9
Объектив-TV стр. 10,11,12,13,14,15,16
Общественные слушания стр. 17
Театр и жизнь стр. 18
Одна история стр. 19
Культурный разговор стр. 20
Спорт стр. 21
Страна советов стр. 22
Напоследок стр. 23
MediaPost on-line
Колонка редактора
Что год грядущий нам готовит
Бюджет города – маленький, но хороший
А был ли “Шут”?
театр и жизнь Стр. 18
Также на странице:
 Обсуждение 

Открытое письмо



Директору-художественному руководителю Харьковского государственного академического русского драматического театра им. А.С.Пушкина, народному артисту Украины А.С.Барсегяну

Уважаемый Александр Сергеевич!
Я обращаюсь к Вам с открытым письмом, поскольку многое из того, что должно прозвучать, носит достаточно личный характер и, как мне кажется, не может, не должно быть произнесено в адрес третьего лица. Ещё правильнее, наверное, было бы высказать Вам всё это в приватной беседе или в рамках дискуссии в профессиональном кругу. Вы, однако, сами исключили саму возможность подобного общения, не оставив мне иного выхода.


недавно закончившемся году секция критики Харьковского отделения союза театральных деятелей Украины, давным-давно существовавшая лишь на бумаге, стала подавать реальные признаки жизни. Казалось бы, что Вас, как крупного театрального деятеля и члена правления упомянутого союза, это обстоятельство должно было обрадовать. Но Вы отнеслись к собраниям критиков и проводимым ими обсуждениям премьер харьковских театров с подозрением и нескрываемым раздражением. Когда же очередь дошла до Вашего театра, то Вы под предлогом, который, очевидно, считаете благовидным, отказались пригласить ведущих критиков города на премьеру и «не рекомендовали» всем, кто служит в театре имени Пушкина, присутствовать на её обсуждении в Доме актёра.

Может быть, дело во мне? Ведь вот уже много лет при нечаянных встречах Вы старательно глядите сквозь меня, чтобы исключить даже дежурный обмен знаками элементарной вежливости. Что ж, объяснюсь. Да, я никогда не скрывал, что подавляющее большинство Ваших спектаклей вызывает у меня чувства, далёкие от восторга. Полагаю, однако, что принимать профессиональную критику за личные выпады — а именно такой логикой Вы, к сожалению, предпочитаете руководствоваться — неверно и непродуктивно. Тем более что я в своих оценках отнюдь не одинок. Впрочем, и Ваше отношение к критике носит не спонтанный, а вполне системный характер. За последние четверть века ни одна публикация о театре имени Пушкина, которая по тем или иным причинам не пришлась Вам по душе, не оставалась безнаказанной. В прежние времена по звонку из властных кабинетов, в которые Вы были вхожи, получали выговоры «допустившие идеологический просчёт» редакторы и клеймо неблагонадёжных «зарвавшиеся» авторы. Теперь пресса не так легко управляема, но звонки в редакции с угрозами и требованиями «принять меры» по-прежнему в ходу, что подтвердили и события последних недель. Надо признать, что такая тактика приносит успех — большинство харьковских газет, не желая ввязываться в склоку, привычно откликаются на премьеры театра имени Пушкина исключительно «дистиллированными» заметками. Вы всё сделали для того, чтобы о Вашем театре десятилетиями писали или хорошо, или ничего. Объективно Вы в немалой степени способствовали тому, что театральная критика в Харькове из года в год приходила в упадок и почти сошла на нет. Но и для театра эта «победа» оказалась Пирровой.

В своё время критика с искренним воодушевлением поддержала первые спектакли, поставленные Вами после прихода на должность главного режиссёра. Заявленная Вами тогда эстетика складывалась на рубеже 60-х — 70-х годов и представляла собой попытку соединения языковых элементов реалистического и условного театров. Как момент движения — это было, безусловно, явление прогрессивное, тем более что сопоставление предложенного Вами с тем, что делалось предыдущим руководителем, явно говорило в Вашу пользу. Вскоре, однако, проявились и тревожные симптомы. Вместо подлинного психологизма, которым всегда славился русский реалистический театр, мы всё чаще наблюдали его имитацию — бытовизм и актёрские штампы, а образные обобщения и неожиданные постановочные ходы — чем, собственно, интересен театр условный — подменялись схематизмом и цитированием известных сценических решений. На попытки критиков забить тревогу Вы ответили «круговой обороной», которую и держите до сих пор, превратив театр в некое подобие режимного объекта.

На мой взгляд, диктатура художественного руководителя в современном театре — явление вполне оправданное, но только в том случае, если она осуществляется во благо общего дела. Вы же, сосредоточив в своих руках абсолютную власть, воспользовались ею не для того, чтобы обозначать перед творческим коллективом новые рубежи и вести к ним, а для консервации выверенных сценических форм и постановки на поток спектаклей, свидетельствующих о стабильном среднем уровне. В результате такой «осмотрительности» актёрские индивидуальности нивелируются, ещё вчера подававшая большие надежды молодёжь или покидает театр, или, со временем, вливается в ряды не реализовавшего свой потенциал среднего поколения. Нечастые успехи театра в последние годы связаны, в основном, с удачными ролями его замечательных «стариков».

На пальцах одной руки можно сосчитать те редкие за последнюю четверть века случаи, когда Вы допустили к постановке в своём театре других режиссёров. Как правило, это были Ваши лучшие ученики, и, тем не менее, заканчивались подобные эксперименты чаще всего конфликтом и скорым исключением из репертуара «чужих» спектаклей, независимо от их художественных достоинств.

Я далёк от того, чтобы сводить Вашу действительно многотрудную деятельность только к отрицательным моментам. Мне близка и понятна Ваша гражданская позиция, выражающаяся в последовательном гуманизме и интернационализме. Вы, безусловно, талантливый и сильный лидер, профессионал, умеющий находить выход из самых немилосердных обстоятельств, в которых приходится существовать сегодня театральному коллективу. Но в таком случае кому, как не Вам, художественному руководителю академического театра и заведующему кафедрой режиссуры института искусств, быть ответственным за то, чтобы сценическая рутина и дремучий провинциализм не задавили окончательно те ростки настоящего театра, которые ещё пытаются пробиться к свету. Только Вы можете сегодня превратить театр имени Пушкина из «осаждённой крепости» в творческую лабораторию. Для этого необходима только добрая воля, укрепляемая сознанием ответственности перед будущим. Необходим открытый диалог. Необходимо двигаться вперёд, пробовать, рисковать и ошибаться, давать возможность пробовать, рисковать и ошибаться другим. Нельзя в угоду каким бы то ни было амбициям приносить в жертву то, что является смыслом и оправданием нашего существования. Нельзя не использовать последний шанс.

Евгений Русабров,
зав. секцией критики Харьковского межобластного отделения Национального союза театральных деятелей Украины.

печатная версия | обсудить на форуме

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования