Новости Харькова и Украины (МедиаПорт)
English version Українська версія Русская версия
 
Меню
Архив
Поиск
Топ-20
О газете
Пресса Харькова
Страницы
Первая полоса
Неделя стр. 2,3
Власть стр. 4,5
Экономика стр. 6,7
Город стр. 8
Афиша стр. 9
Объектив-TV стр. 10,11,12,13,14,15,16
Контекст стр. 17
Мир науки стр. 18
Тема стр. 19
Культурный разговор стр. 20
Спорт стр. 21
Страна советов стр. 22
Напоследок стр. 23
MediaPost on-line
Битва за хлеб
Так надо отсюда валить или не надо?
День рождения Харькова под угрозой срыва
Владимир Шумилкин: один год для города и его мэра
тема Стр. 19
 ... где нас нет 

Так надо отсюда валить или не надо?

Геннадий Ангелин

«Разговаривают двое парней. Первый говорит: — Нет, алгоритм Икс лучше подходит. Второй отвечает: — А мне всё-таки кажется — Игрек. Подходит старый еврей и вставляет своё веское слово: — Ребята! Я не знаю, о чём вы, но ехать надо!» (Старый анекдот)

Тема эмиграции — сверстница первого государства на Земле. Я не знаю, как оно называлось, но как только оно появилось, кому-то наверняка тут же захотелось из него уехать. Дело тут не в государстве, а в человеке, который с момента изгнания из Рая не расставался со своим извечным «лучше там, где нас нет».

Если бы все земляне были нерушимо привязаны к своим родинам, то никогда бы не возникло США, Канады, Австралии, крупнейших государств Южной Америки. А если заглянуть глубже, то из всего современного многообразия народов планеты можно сосчитать по пальцам те, чьё историческое формирование обошлось без миграций, ассимиляций и взаимных проникновений.

С другой стороны, если бы предмет обсуждения сводился к «месту постоянного проживания», то, пожалуй, человек не был бы человеком. Ибо его духовная культура не может в одночасье возникнуть ниоткуда. И в одиночку её никто создать не может — нужно общество, думающее на одном языке, нация, родина.

Применительно к нашей действительности этот вопрос приобрёл исключительную актуальность. Эмиграция стала предметом целого направления в украинском бизнесе (всевозможные «канадские адвокаты», «консалтинги» со своими бюро переводов и услугами по легализации документов, «международные службы знакомств» и прочее). В рекламных изданиях тема выезда на ПМЖ занимает уже обособленные разделы.

Отказы иностранных посольств в выдаче туристических виз гражданам Украины вошли в норму по причине массового нарушения визового режима — срок разрешения на пребывание в той или иной стране истекает, а народ домой не торопится.

В то же время имеются нередкие примеры драматических ситуаций, когда часть семьи переезжает за рубеж, не мысля себе иного, а другая часть — ни за что не собирается покидать родные места. Бабули скучают по внукам (я сейчас имею в виду тех, у кого есть возможность уехать вслед за родственниками), родители покидают взрослых детей, а другие взрослые дети вообще уезжают в одиночку. При этом все находят настолько веские основания для своего выбора, что предпочитают его проживанию рядом со своими близкими.

Предлагаю на ваш суд два абсолютно различных мнения. Я не отдаю предпочтение какому-либо из них. Они все не лишены здравого смысла и могли бы, мне кажется, заинтересовать нашего читателя.

Андрей Поторока, 30 лет, предприниматель

Я начну с того, что человек хочет изменить свою жизнь только тогда, когда в ней что-то не ладится. Посмотрите, кто отсюда уезжает. Если есть интересная работа, нормальные доходы, карьера, кто-нибудь дёргается?

Может быть, есть такие товары, которых нельзя купить на Украине? У нас в универсамах лежит то же самое, что на Западе, только дешевле и вкуснее. Или есть такое место на земном шаре, куда бы нельзя было попасть с помощью украинских туристических компаний? С деньгами можно жить везде.

Раньше народ ехал из страны с железным занавесом, пустыми прилавками, запретом на частное предпринимательство. А теперь вопрос об эмиграции связан с гораздо более прозаичными вещами. Люди едут за границу от безнадёги. Их тоже можно понять. Конечно, там государство платит такое пособие, что здесь большинство будет работать двадцать пять часов в сутки и не заработает и половины.

Но кроме денег есть ещё удовольствие от работы. Есть радость общения с коллективом. Есть записная книжка, в которой около трёхсот номеров людей, которым я нужен и которые нужны мне. Есть маломальское образование. По мне, так лучше на Украине работать головой за сто долларов, чем за тысячу в Америке дворником. Здесь эмигрантам кажется, что материальные вопросы стоят на первом месте. А когда они уезжают, то сидят в сытости и воют от тоски.

Да и с деньгами всё не так просто. Это дело относительное. Сегодня они мучаются от того, что не могут купить тортики и тряпки, которые им тут не по карману, а завтра точно так же будут мучаться там от недоступности машин, турпутёвок, недвижимости.

Я знаю одну женщину, которая вывела формулу: «Мы живём ради исполнения своих желаний». Так вот она не живёт, а терзает саму себя. Каждый день ей хочется чего-нибудь новенького: то она начинает заниматься своей внешностью и целый день бегает по шейпингам и соляриям, то ударяется в бизнес, то вдруг решает обменять квартиру. И каждый раз она уходит в новое занятие с головой и уверяет всех знакомых, что вот теперь она наконец поняла, что для неё есть самое главное. Она, как фанатик, гоняется за миражами. Если она, допустим, решит эмигрировать, а этого вполне можно от неё ожидать, то она найдёт миллион причин, чтобы убедить всех, что нужно всё бросать и валить отсюда ну вот прямо завтра. А жизнь, между тем, проходит. Я с ужасом себе представляю, что с ней будет годам к пятидесяти.

Какая разница, где прожигать жизнь? А если, кроме исполнения желаний, есть более интересные цели, то так ли уж важно иностранное пособие? Это, как говорится, дело глубоко личное. Но вот я считаю, что каждому из нас от рождения дано определённое количество талантов и смысл жизни заключается в том, чтобы не закопать их в землю, а приумножить. Я делаю людям ремонты в квартирах. И моя работа у меня получается. Рано или поздно мои многоэтажки рассыпятся и мой труд превратится в пыль. Но останутся люди, которым служили мои интерьеры, может быть, дети, которые в них выросли и сохранили в своей памяти. Я делаю «родные стены». Я нашёл себя. Чего ещё надо?

И потом, у нас время сейчас интересное — переходное. Не сегодня, так завтра потребуются новые заводы, фермы, нужно будет писать новые учебники, создавать компьютерные сети. Куча ниш, которые никем не заняты. Не лучше ли их застолбить и передать наследникам, чем тащиться туда, где всё давно поделено?

Один мой знакомый уехал восемь лет назад в Германию. Недавно он приезжал в гости со своей семьёй. И его дети всё время норовили перейти на немецкий. Странно было на это смотреть. Он умолял их говорить по-русски и объяснял, что неприлично среди русскоговорящих использовать другой язык. А детвора с ним спорила, что они говорят «нормально», как в цивилизованной стране, и нечего этого стесняться. Они понимают, что родителям нельзя забывать родственников и старых друзей, но зачем при этом они должны говорить на «языке варваров»?

Я пытался поставить себя на место моего знакомого. В сущности, ничего страшного не случилось. Но меня бы мучило, что в глазах детей я не личность, а священное животное.

Я помню, в детстве родители возили меня каждый год на море. И вот поздним вечером в темноте мы едем на автобусе к тому месту, где остановились. Автобус тянется по каким-то горам, часто поворачивает, и мне кажется, что вот за следующим поворотом будет знакомая харьковская улица, на которой мы живём. Наш дом. А в соседнем подъезде моя симпатия — девочка моих лет. Но там снова мелькают чужие красивые пальмы и тротуары. Для кого-то это сантименты, а я до сих пор вдали от Харькова начинаю скучать.

Тут родилось и прожило свою жизнь несколько поколений моих предков. Родство с этой землёй у меня в крови. Вот, знаете, я смотрю на своего сына и вижу в нём черты, которые я приобрёл к моменту его зачатия. Я не был в детстве таким, каким он родился. У него моя походка, мои замашки, которые появились у меня где-то лет после двадцати. И появились под влиянием нашей здешней жизни. Получается, мой ребёнок лучше приспособлен к жизни именно здесь, а не где-нибудь. Здесь он может продолжить дело своего отца. И у него может получиться в жизни то, что не получилось у меня.

Здесь похоронены мои родные. Когда я прихожу на могилы бабушек и дедушек, вижу их фотографии на эмали, у меня начинается какое-то непонятное волнение. Как будто с этого места лучше виден потусторонний мир. Я хочу лежать на этом же кладбище, рядышком. Мы не только лучше приспособлены к жизни на земле предков, но и к смерти. Пусть мне кто-нибудь докажет, что это ерунда. Или пусть расскажет, как эти могилы перевезти в другую страну.

Мы часто сами до конца не понимаем, какое значение имеют самые обыденные вещи, которые нас окружают и как бы никуда не денутся. На самом деле без них нас нет. Если нет товарища, который просит в долг пятьдесят долларов, соседа, с которым встретился на лестничной площадке и заболтался на полчаса, встреч с одноклассниками, то нет и тебя. Лишаясь этих мелочей по отдельности, мы не отдаём себе отчёта в том, что от большого и главного тоже ничего не остаётся.

Так что прежде чем эмигрировать, нужно понять, чего ты действительно хочешь. Не от себя ли пытаешься убежать? Помните, у Андрея Тарковского в «Сталкере» Писатель говорит: ваше сознание ратует за победу вегетарианства во всём мире, а подсознание изнывает по куску жареного мяса.

Люди, покидающие Украину, у меня не вызывают никакого негативного отношения. Мне просто жаль их. Жаль, потому что у них не клеется что-то в жизни. И вдвойне жаль, потому что, скорее всего, способ решения проблемы, который они выбрали, только усугубит ситуацию.

Владимир Горелик, 39 лет, преподаватель музыкального училища

Моя позиция по поводу эмиграции сформировалась уже давно. Я хочу уехать и, видимо, уеду. К глубочайшему сожалению, я здесь будущего для себя не вижу. Нас учили, что базис — это экономика, а надстройка — это духовная культура. Так вот, я считаю с точностью до наоборот. Причина, по которой мы оказались по ряду основных параметров на одном уровне с банановыми республиками или ниже, тихо примирились с удушением гласности, неприкрытым обворовыванием общества, кроется в особенностях нашей культуры. Увы.

История преподавалась нам в настолько фальсифицированном виде, что мы плохо понимаем, кто мы и откуда. Если западноевропейские народы справедливо связывают корни своих социальных устоев с Римской Империей, то мы вдаёмся в какие-то свободные изыскания. А между тем нам следовало бы признаться в преемственности по отношению к Золотой Орде. Русский народ находился «под игом» в том числе и тогда, когда татаро-монгольская держава была на голову разбита, например, Тамерланом. Почему?

Потому что её культура была здесь не столько навязана, сколько принята в самом глубоком смысле слова. Мы с монголами составляли единую державу, и азиатское отношение к власти, к экономике, к свободе личности оказалось на нашей почве самым жизнеспособным. И крепостное право, и коммунистический тоталитаризм опирались на наши азиатские корни. И сейчас мы, скажем так, не слишком рьяно отстаиваем нашу вроде бы демократическую конституцию.

В чём-то азиатский тип имеет свои преимущества. У нас всегда была очень жёсткая иерархия, и это делало нас более управляемыми, более целенаправленными. Во всех войнах наших солдат берегли меньше, и они побеждали чаще. Для нас гораздо естественнее звучат мотивы «для народа», «во имя общей цели». Кому-то такое устройство общества даже ближе.

В Азии, чтобы стать личностью, просто родиться мало. Личность здесь начинается с определённой иерархической ступени. Или заработай много денег, или дорасти на государственной службе до уважаемого чина — и тогда «станешь человеком». А до тех пор тебя в любой момент могут пресечь словами «а кто ты такой?». Одни считают, что это правильно. Другие считают, что личность начинается с первого подписанного подгузника.

Я не разделяю мнения о том, что азиатский тип примитивнее. Нашу культуру я считаю одной из богатейших в мире. Но проблема для многих из нас состоит в том, что мы воспитывались на европейских демократических идеалах, а живём по-азиатски. Мне же хотелось бы привести в соответствие мои взгляды и место жительства.

Наше общество до предела поляризовано. Одни сумели использовать себе во благо существующую конъюнктуру, построили устойчивые обоюдовыгодные отношения с сильными мира сего (ну и молодцы), другие влачат существование и приспосабливаются к жизни путём ограничения потребностей (тоже молодцы). Такое положение вещей для Азии органично.

У нас можно хорошо жить, будучи бизнесменом, милиционером, чиновником. Положение остальных весьма нестабильно и безденежно. А мне хотелось бы иметь более широкий выбор, скажем, заниматься наукой за адекватное вознаграждение. Хотелось бы, чтобы моя дочь получила образование и нашла себе применение по душе.

Я долго раньше убеждал себя, что ситуация изменится, так вечно продолжаться не может. Некоторое время назад мне даже казалось, что мы находимся на пороге социального взрыва. Как бы не так. У нас бунты «бессмысленны и беспощадны», только когда народ оказывается перед угрозой уничтожения: его толкают в ненужные войны, забирают в колхозы имущество, составляющее основу существования, и тому подобное. В остальных случаях мы проявляем восточную гибкость и чудо терпения.

Мы переживём ещё не один кризис и придём через десятилетия к уровню Мексики, Египта, Колумбии. Я не собираюсь сетовать. Я люблю наших людей такими, какие они есть. Но мы будем ограничены потребностями нашего общества столько, сколько оно просуществует. Как теперь говорят, вся фишка заключается в том, что нынешнее положение вещей наше общество устраивает.

Следует, наверное, добавить, что есть ещё и мировое разделение труда. Там, где больше создаётся новых технологий, где производится лучшая наукоёмкая продукция, там больше востребован и интеллектуальный труд и всё, что составляет запросы субъектов этого труда. Вспомните историю миграций: земледельцы ехали на новые нераспаханные земли, купцы — к новым рынкам. Почему бы не отнести к их числу потомков советских инженеров, хозяйственников, артистов?

Здесь можно жить, работая по специальности, и не умереть с голоду. Можно направить свою нерастраченную энергию на предпринимательство и хорошо зарабатывать. Но я хочу заниматься не чем придётся, а чем мне нравится.

Ещё одна причина, по которой я хочу эмигрировать, — это правовая ситуация.

Мой приятель отсидел несколько лет в тюрьме за дачу взятки. Те, кто пресёк его ужасно антиобщественную деятельность, предлагали ему откупиться... ещё более крупной взяткой. Мы, его друзья, пытались парню помочь, но кишка оказалась тонка. Вроде бы это случилось не со мной, но вся эта история меня здорово ударила по мозгам.

Сегодня его прикрыли за деяния, которые практикуются у нас повсеместно и непрестанно, а завтра я подерусь с каким-нибудь алкоголиком под собственным подъездом. Алкоголик протрезвеет и выяснится, что он какой-нибудь капитан уголовного розыска или шеф вытрезвителя. Последствия очевидны.

Да, ситуация маловероятная. Однако сам факт её существования показателен. В прелестях двойной морали есть примеры и более актуальные. В цивилизованном мире попробуйте без оснований другому человеку нахамить, отключить у него оплаченный свет или выкинуть ещё какой фортель. Сомневаюсь, что у них имеется недостаток в хамах. Дело в том, что в суд потащат! Мелочь, а приятно. Ну а какой суд в Азии? Кто вы такой, чтоб на вас время тратить? Подумаешь, нахамили... Вы же не во Франции!

Приходилось слышать отзывы туристов, какие они там все стукачи. Чуть что — в полицию звонят, даже когда их это совершенно не касается. Но понятие «стукач» у нас наполнено смыслом в связи с воронками, везущими безвредных и честных людей, вообще в связи с национальными особенностями наших силовых структур.

Кстати, как это ни прискорбно, так же обстоят дела в большинстве стран третьего мира, в первую очередь, азиатских, где уже давным-давно формально установлена демократия.

Послушайте, но ведь это прекрасно, когда люди приняли себе законы, выбрали, кто их будет блюсти, и сами тоже защищают их. Когда ты с государством по одну сторону баррикады, а не в состоянии вечной взаимной дуриловки. Когда нет неписаных законов, типа «надо людей отблагодарить» или «надо делиться».

Зачем, по большому счёту, нужны неписаные законы? Что мешает в справедливом обществе их записать?

Попробуйте вообразить, что вы живёте так, как они. И мне кажется, вы им позавидуете.

Приобретение добродетелей западной цивилизации стоит того, чтобы потратить несколько лет на процесс интеграции в новую культуру. Люди посвящают часть своей жизни, например, на обучение в вузах. Для чего? Для того, чтобы открыть перед собой новые перспективы, быть причастным к прогрессивной части человечества. Чем плохое сравнение?

Я бывал за границей и видел, как некоторые наши налаживают свой бизнес или просто индифферентно сидят на пособии, даже не пытаясь сносно выучить язык: ну понимают их в магазине — и ладно. Иными словами, люди варятся в собственном соку, живут порой в мегаполисах, а фактически замыкаются в своеобразной деревеньке. Я не понимаю, какой смысл они вообще нашли тогда в эмиграции.

Я говорю о совсем другом пути, осмысленном и долгом. Но у него есть одно достоинство, с лихвой компенсирующее любые трудности. Он имеет реальную ясную цель.

Люди переезжают из страны в страну миллионами. Каждый из них имеет полное право на собственные глубоко субъективные мотивы. Единого подхода тут быть не может в принципе. Земля огромна. Кроме Кацапетовки и деревни Харьков есть Нью-Йорк, Париж, Монреаль, Москва. И хорошо жить на этой планете тем, кто лёгок на подъём.

печатная версия | обсудить на форуме

Счетчики
Rambler's Top100
Rambler's Top100
Система Orphus
Все права на материалы сайта mediaport.info являются собственностью Агентства "МедиаПорт" и охраняются в соответствии с законодательством Украины.

При любом использовании материалов сайта на других сайтах, гиперссылка на mediaport.info обязательна. При использовании материалов в печатной, телевизионной или другой "офф-лайн" продукции, разрешение редакции обязательно.
Техподдержка: Компания ITL Партнеры: Яндекс цитирования